Наряду с советом военной экономики в течение 1942 года «для непосредственного управления важными в военном отношении отраслями промышленности» был создан ряд так называемых имперских объединений. Их полномочия были чрезвычайно широки. Имперское объединение контролировало все производство в данной отрасли, начиная с сырья вплоть до готовой продукции, распоряжалось экспортом и импортом, снабжением топливом, устанавливало цены. Имперские объединения являлись своего рода сверхкартелями, они могли закрывать существующие монополии и объединения предпринимателей. Во главе имперских объединений, захвативших в свои руки целые отрасли экономики, встали крупнейшие германские монополисты. Руководителем имперского объединения железоделательной промышленности стал владелец металлургических предприятий Саара Рехлинг, а его заместителем — А. Крупп; руководителем имперского объединения химического волокна — председатель правления крупнейшего в Западной Европе концерна по производству искусственного шелка Фите и т. n. Усиливая мощь своих монополий, руководители имперских объединений беспощадно расправлялись с конкурентами, сосредоточивали на своих предприятиях сырье и рабочую силу. Сильным ударом по мелким и средним предпринимателям явилось распоряжение совета военной экономики от 13 июля 1942 г., согласно которому все машины и оборудование, которые не служат военным целям, должны быть превращены в лом и отправлены на переплавку.

Осуществление «программы Геринга» вело к новому обогащению монополий, способствовало дальнейшей концентрации в их руках капиталов и промышленности. К концу 1942 года 16% акционерных обществ сосредоточили в своих руках 83% всего акционерного капитала. Крупнейшие акционерные общества с капиталом выше 50 млн. марок, составлявшие лишь 2% всех обществ, завладели половиной всего акционерного капитала 4.

«Программа Геринга» тяжело отразилась на положении трудящихся Германии. Рост военного производства происходил за счет свертывания отраслей гражданской промышленности. В 1942 году выпуск потребительских товаров сократился по сравнению с 1939 годом на 14%» а продовольствия — на 21%. В марте 1942 года нормы выдачи населению хлеба, мяса и жиров были снижена на 20—25%. В июне последовало новое снижение продовольственных норм. Объясняя немцам, почему они вместо 350 г хлеба в день стали получать 285 г, фашистская газета «Кельнище цейтунг» писала: «Глубочайшие изменения в военной обстановке требуют от нас определенных жертв. Впереди — еще большие затруднения». Из-за нехватки товаров все более изощренные бюрократические формы принимало рационирование. К концу 1942 года существовало 148 видов карточек и талонов, выпущенных лишь центральными властями. Все шире практиковалась выдача по карточкам вместо продуктов малопригодных эрзацев. Хлеб стал выпекаться с химическими примесями, добываемыми из целлюлозы. Вместо кожаной обуви по особым талонам выдавались башмаки на деревянной подошве. Жилищное строительство сократилось по сравнению с довоенным уровнем почти в 10 раз.

Путем усиления эксплуатации и грабежа трудящихся Германии и оккупированных стран, нажима на мелкую и среднюю буржуазию гитлеровцам удалось к концу 1942 года добиться расширения военного производства. Выпуск военной продукции увеличился в течение года на 81%.

Хотя фашистская Германия вместе с оккупированными странами и сателлитами превосходила в 1942 году СССР по объему важнейших видов производства в 1,5— 2,5 раза, советская промышленность выпустила военной техники больше, чем Германия.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги