Думаю, Нордом сможет поладить с моим отрядом. Когда мы покидали из комнаты, Нордом неожиданно заговорил:
— Внимание. Морти. Ты заметил, что у меня шесть граней?
— Заметил, — фыркнул тот. — Почему бы тебе не поделиться этим озарением с шефом, а?
Осматривая кубические комнаты, я обнаружил портальные линзы. Один из модронов, встреченных нами ранее, объяснил их назначение. Пока мы пребываем в Рубиконе, они могут быть соединены с известным нам порталом, и мы сможем без лишних усилий проследовать в него. Другими словами, отсюда мы можем попасть фактически в любую точку Сигила.
Потому мы вернулись в Район Клерков, где и провели ночь.
На следующий день мы вернулись в Зал Народных Гуляний. А испросил Осколка позволить нам посетить частные сенсориумы. Осколок ответил, что там можно встретить мага по имени Квелл, который знает нечто, связанное с ночной ведьмой Равел Источник Головоломок.
Я проследовал в большой зал, от которого отходило несколько коридоров, ведущих в небольшие комнатки, в каждой из которых находилось по камню с испытанными кем- то ощущениями. В одной из таких комнат я заметил пожилого человека, облаченного в ризу. Он что- то жевал, тихо бормоча себе под нос... а затем с громким хрустом раскусил... нечто, и проглотил. Его густые седые брови сошлись к переносице.
— Хм...
Я приблизился к человеку, поздоровался.
Даже не взглянув на меня, тот вытащил из кармана ризы красновато- коричневый шарик, внимательно его оглядел и закинул в рот.
Раздраженно я повторил:
— Я говорю — добрый день...
Мужчина нахмурился и отмахнулся от меня, затем задумчиво покивал, будто наслаждаясь ароматом того предмета, что пребывал у него во рту.
Повысив голос, я заявил:
— У меня... есть несколько вопросов...
Мужчина моргнул, указала на меня пальцем, но неожиданно замер... лицо его приняло страдальческое выражение и, громко кашлянув, он выплюнул большую черную муху, которая немедленно принялась с жужжанием кружиться по комнате.
— Будь прокляты это миноросийские леденцы! — заорал он, тряся вслед мухе кулаком. Он резко обернулся ко мне. — Что?!
Совершенно спокойным голосом я произнес:
— У меня есть вопросы о тебе...
Он сунул в рот маленький красный леденец.
— Ты всегда достаешь уважаемых магов своей пустой болтовней? Бормочешь, болтаешь, треплешься, чешешь языком! — На последнем слове леденец вылетел у него изо рта и, пролетев по высокой дуге, шлепнулся на пол. Маг с грустью на него уставился.
— Он был такой вкусный...— промямлил маг.
Я начал было что- то говорить, но он меня перебил и неожиданно набросился на меня.
— Что? Просишь прощения?! Конечно, виноват, ты, жук навозный! Маги заслуживают уважение, а громилы вроде тебя должны знать свое место! — Он несколько раз подпрыгнул от злости. — Свое место!
Вообще- то, я и не думал извиняться. Возможно, поинтересовался, всегда ли он ведет себя как ребенок.
— Успокойся. Я лишь собираюсь задать тебе несколько вопросов...
— А мне плевать, урод свинорылый! — Глаза его вылезли из орбит, а пальцем маг обвиняющее тыкал в меня. — А теперь пошел вон! ТЕПЕРЬ! ПОШЕЛ! ВОН! И не возвращайся, пока не будешь готов выказать надлежащее уважение... а также принеси подношение... подарок! — Неожиданно он сделал шаг вперед и прошептал мне на ухо: — Конфетки или шоколад вполне подойдут. Но ничего прозаического, запомни — принеси нечто экзотическое. А теперь исчезни!
Я вспомнил, что в магазинчике странностей Врищики видел демона - квазита, обращенного в шоколад. Несмотря на снедавшие меня сомнения, я отлучился и купил его, похоже что другого способа получить от мага интересующие меня сведения не было, разве что его пытать.
Вернувшись, я нашел мага все в том же частном сенсориуме. Приблизившись, я сказал, что у меня есть для него весьма необычный шоколад.
— О? — его отношение ко мне изменилось мгновенно. — Как мило с твоей стороны, как вежливо! Могу я?
Он открыл мне свою слабость, и я вознамерился сполна отплатить ему за оскорбления. Сомнительно, что он усвоит мой урок, но, по крайней мере, я смогу насладиться маленькой местью. Я ответил:
— Вообще- то, я передумал.
— ЧТО?! — взвыл он, отшатнувшись в крайнем изумлении.
— Не думаю, что ты достоин. Ты вел себя слишком грубо.
— Ты... ты... что? — Он вновь принялся подпрыгивать на одном месте. — Немыслимо! Невообразимо! Грубо — это превратить тебя в чашу бааторских бобов, сожрать тебя, а затем распылить по всему Сигилу маленькими вонючими пуками из моей задницы! Уверяю тебя, вот это — действительно грубо, а ведь я ничего такого не сделал!
— Как бы то ни было, ты ничего не получишь, пока не извинишься.
Он притих, глазки подозрительно сузились.
— Можешь, дашь хоть взглянуть на подарочек?
Я показал ему шоколадного квазита. Глаза мага выкатились из орбит от изумления.
— О... Это... это?..— Он облизал губы, протянул руки к шоколаду.
— О, нет. Извинись. Сейчас же.
Лицо его сморщилось; маг закусил губу и потряс кулаками от злости. Наконец, он выпрямился, расправил ризу и медленно выдохнул.
— Хорошо, сир. Я извиняюсь. Я заметил, что одну из рук он держит за спиной.
Морти облетел мага и заорал:
