Ну и совсем уже замечательной новостью был тот факт, что разлитой боли в этой комнате хватало для неслабого такого некромантского ритуала!
К магии мертвых у меня предрасположенности не было, но замутить какого-никакого зомбака-упырявичуса, это я с радостью, это я запросто…
Мои телоджвижения привлекли внимание охранника, стоящего за дверью и…
Сидящий напротив меня дедок явно попутал берега!
- Отныне, как ты понимаешь, все свои «игрушки» ты будешь сдавать моему человечку… - «Дон Пидрон», как я прозвал дедулю, широко улыбнулся, демонстрируя развитие стоматологических технологий на одном, отдельно взятом, дедуле. – Думаю, ты понимаешь, что вариантов у тебя немного… Сбежать-то ты сможешь, но вот с родными попрощаешься!
Я аж прослезился!
Мне двадцать минут мяли бока, тридцать минут объясняли, как это прекрасно, что я до сих пор жив, но все-таки скатились до угрозы ближним!
- Не лыбься! – Мне прилетело снова справа налево, по уже и без того заплывшему левому глазу. – Синьор…
- Может пойти на йух! – Четко проговорил я по-русски и макаронники слегка взбледнули.
Нет, особо «русская мафия» ничем в это время не славна, не после 90-хх чать поди, но связываться с нашим братом, европейцу всегда было больно.
Их фашистские идеалы спасовали перед итальянскими коммунистами, а тут…
Впрочем, дедок был явным фашиком, потому как услышав русскую речь сразу подобрался, как змей и махнул кулачком, в котором до сих пор сжимал три моих обугленных колечка, которые на нем почему-то не действовали.
Мелькнул кинжал и избивающий меня амбал в синей джинсе с удивлением принялся рассматривать свою беспалую правую гробарку, на которой танцевал сине-зеленый кладбищенский огонек.
Секунд пять рассматривал, а потом начал орать.
Нейроузел активировал выращенные импланты и мир замедлился.
Вот дедок соскакивает со своего места, роняя табурет, тянет руку к кобуре, но, передумав, разворачивается и бежит к выходу.
Наверное, решил, что сейчас я его тут и оприходую…
Глупый…
Дождавшись, когда за Пидроном закроется дверь, еще раз огляделся по сторонам и вздохнул.
Пусть бежит.
Пусть хорошо бежит, далеко, пусть собирает народ, пусть готовится вернуться в этот подвал с поддержкой, а я…
- Ради святой Девы…! – Избивавший меня бык, на останках коленок дополз до меня и повалился в ноги. – Защиты…
Ну да, ну да, привычка мелкой мрази, каждый раз взывать к святым.
Ну, да на тебя у меня особые планы, бычара…
Схватив оплывающую воском тушку за воротник, отшвырнул ее в центр комнаты, прямо в квадрат света, падающего из далекого окна.
Я то – русский…
Только я не добрый русский!
Подчерпнутые из простейших разделов «некромантии» знания, легко сплелись в единую сеть, упавшую на оплывающего макаронника, сплелись в кокон, который выл так, что даже мне стало его чуть-чуть жаль, но ровно до того момента, как из земли начали вырываться полупрозрачные, белые, желтоватые и голубоватые, фигуры людей.
Многих людей!
Каждый призрак проходил сквозь меня, словно благодаря, потом касался кокона, добавляя ему громкости, а потом взмывал к квадрату света, растворяясь в нем с легким вздохом облегчения.
Мужчины, женщины, дети…
В этом подвале много и со вкусом мучали…
С каждым прикосновением кокон рос.
Орал.
И рос.
А потом лопнул гнойным нарывом, являя свету крохотную, но ослепительную звездочку.
- Фас. – Вздохнул я и сел на пол своей камеры, чувствуя, как земля подо мной тоже вздыхает с облегчением, очистившись и от крови, и от грешников, и от невиновных.
Звездочка убавила свечение, стала полупрозрачной и замерла, словно слово «фас» ей было не знакомо.
- Иди!
И вновь звездочка вопросительно повертелась вокруг своей оси, ожидая более точных инструкций.
Собравшись духом, представил себе Пидрона и внятно, проговаривая сперва каждое слово нейроузлу, проверяя его на точность и только потом вслух, отдал приказ:
«Всех, в ком его кровь. Всех, с кем здоровался. Всех, кто желал ему здоровья. Всех, кто знал, кто догадывался и тех, кто молчал, получая выгоду. Убей так, как убивали тут…»
Звездочка, в этот раз понятливо качнула плечиками-лучиками и умчалась к двери, просочилась сквозь дерево, оставляя свой силуэт, чуть слизистый, но сияющий удивительной белизной.
Это не Лич, не вампир, не зомби и не «поднятый».
Это – «экзекутор».
Он не разбирается в том, что ему сказали, он следует приказу.
У аграфов есть легенда, что клан «Синей воды», вырезанный по приказу тогдашнего Императора за то, что не поделился секретами, призвал «экзекутора» и аграфам пришлось выбирать не только нового Императора, но и новый императорский клан!
Хорошо быть «Библиотекарем»!
Правда и у призыва «экзекутора» есть оборотная сторона медали.
Я встал на ноги и подошел к двери.
Потянул за ручку и отпрыгнул – тяжелая дверь, обитая несколькими слоями кобыльей кожи, простеганная овечьей шерстью и укрепленная листами стали, упала внутрь комнаты, едва не отдавив мне босую ногу.
Судя по кучке оружия, Пидрон подмогу собрал.
Жаль, его самого тут нет.
