- Видите меня? Подцепите правый от меня контейнер, приподнимите его немного, я его подопру.
- Принято. Сейчас сделаю. - Пилот понимал всё, как говорится, с полуслова.
Когда нужный контейнер приподнялся с одной стороны, продолжая удерживать собой остальные, Элисей включил полный привод, первую передачу и на самой малой скорости пошел на таран. Отвратительный скрежет прошел по всему корпусу, когда нос тягача уперся в бок другого "огурца", освобождая проход к пострадавшему ремонтнику. В конце маневра Элисей направил тягач так, чтобы подпереть им пододвинутый контейнер, упершись кормой в стену ущелья.
- Я не вижу никого из ремонтников. Один точно должен быть здесь.
- Вижу один силуэт, - отозвался водитель.
- Хорошо. Выходим.
Вместе Элисей и водитель подняли тяжелый "Страус" ремонтника и перенесли его под прикрытие тягача. К этому времени к ним уже пробрался вездеход спасателей. Теперь уже они занялись здоровьем пострадавшего и поисками его напарника.
Однако второго ремонтника найти так и не удалось. Должно было хоть что-то остаться от скафандра, но... Возможно, его отбросило ниже по склону. Поиски продолжались, только запаса кислорода в скафандре уже почти не осталось.
Пропал без вести. Случалось на Венере и такое.
Элисей стоял на корпусе тягача, когда подошел водитель.
- Неплохо для новичка. Элисей? Да?
Тот кивнул в ответ, потом спохватился, что через стекла шлемов ничего не видно.
- Элисей. Как тебя зовут?
- Джон или Джонни.
- Со знакомством, Джонни.
- Со знакомством.
Обмениваться рукопожатиями было бесполезно, обменялись ударами кулаков и традиционными шлепками по плечам. На том расстались.
Внизу осталась группа зачистки, разбирать завалы. Джонни отправился к своим: его экипаж был жив и здоров, техника цела. Сейчас им предстояло продолжить свою работу - доставить платформу на новое место. Что ж, люди спасены, а потому лишние возвращались на "Аврору".
Едва челнок прошел шлюзование, Элисей намерился прояснить ситуацию на счет напарника ремонтника.
"Пострадавший уже на "Трёшке"? Он жив? Он пришел в сознание? Он помнит, как всё случилось?!" - Такие вопросы вертелись в голове, когда Элисей вышел из карбота.
Ангар было полон народу: встречали героя дня. С видеокамер, которыми были оборудованы практически все летательные и колесные машины, задействованные в спасении людей, велась трансляция. Это было сделано отнюдь не для развлечения, а для координации действий. Однако кто-то перевел сигнал на внутреннюю сеть и все, кто не был занят на работе, следили за ходом спасательной операции. Все видели, как Элисей спас людей и теперь его встречали овациями.
Сам он не ожидал такого, но вот теперь он - герой! На миг он позабыл, что хотел узнать. Его поздравляли, ему кричали, его хлопали, его расспрашивали. Он что-то отвечал невпопад, нелепо и смущенно улыбался.
Затем он перехватил взгляд холодных и проницательных глаз. Это был Эдуард Дженнер, заместитель Ларягина по транспортировке и непосредственный начальник Элисея. Дженнер кивнул Элисею и стал протискиваться в сторону лифта. Элисей двинулся за ним, едва освободился от скафандра. Какое-то смутное чувство беспокойства начало подниматься из подсознания.
Дженнер ждал у лифта. Губы его сложились в подобие улыбки, но глаза были совершенно безэмоциональными: этим он походил на робота. Дженнер пожал руку Элисею:
- Я понимаю, что вы устали, но нужен рапорт обо всём, что вы делали. Предстоит разбирательство. Необходимо выяснить, кто виноват в происшествии, сделать выводы и учесть на будущее, - Дженнер говорил подчеркнуто на английском.
- Кто виноват?! - взвинтился Элисей. - Диспетчер, который не дал информацию об аварийном составе на маршруте! Да начальник бригады переброски, что приказал водителю свернуть не туда.
- Да, да.
"Мне должны бы дать время на отдых или хотя бы на то, чтобы прийти в себя, а уж потом требовать рапорт".
Элисей сначала так и намеревался поступить, но затем засел за компьютер и настрочил рапорт на скорую руку. Даже не став его перечитывать и проверять ошибки, он отослал рапорт на официальную электронную почту Дженнера. Только после этого он сходил в душ и отправился спать: через несколько часов ему на смену, а настроение совсем нерадостное, словно бы он не спас людей, а наоборот погубил их.
ПОБЕДИТЕЛЕЙ НЕ СУДЯТ?