Из лифта, видимый от носа к корме, контейнеровоз казался каким-то кургузым, нисколько не похожим на космический корабль в представлениях Элисея. Впрочем, формой и конструкцией кораблей космофлота он интересовался разве что в детстве, на уровне игрушек, моделей и картинок из комиксов. Для него, как и для большинства его ровесников, Космос был где-то далеко, по крайней мере, за пределами его интересов. Даже просматривая новости на экране планшета или коммуникатора, раздел "Космос" Элисей частенько пролистывал. Он не испытывал ни любопытства к делам, что происходили "где-то там", ни уважения к людям, работавшим за пределами Земли, полагая, что в космос идут работать либо романтики, ищущие Синюю Птицу, либо неудачники, которым не нашлось места на родной планете.
Конечно, со временем его взгляды изменились, особенно после того, как он сам возжелал стать внеземельщиком. Сейчас, рассматривая транспортник, Элисей всё более проникался противоречивыми чувствами: вот сейчас он ступит на палубу космического корабля и примкнет к отряду первопроходцев. С другой стороны, всё выглядело как-то чересчур обыденно, что ли...
Овальная кромка корпуса терминала заслонила собой обзор: лифт опустился на предпоследний этаж, точнее говоря, палубу. Ниже располагались только грузовые отсеки - трюм, там работал персонал терминала: те, кто "заряжал" в корабль контейнеры. Двери лифта с причмокиванием разомкнулись, и пассажиров накрыла волна разнообразных запахов и звуков, разительно отличающихся от пассажирского терминала. Освещение здесь тоже оказалось иным: яркие потолочные лампы выхватывали из полумрака отдельные участки палубы, покрытой ребристыми листами металлопласта. Сновали электрокары и погрузчики, уносящие во чрево челноков последние ящики оборудования, запчастей и чего-то незнакомого.
Среди машин, ящиков и контейнеров Элисей заметил группы людей. Самая многочисленная - вахтовики, молчаливые и серьезные, даже мрачноватые люди, с красноватыми и какими-то однообразно-отрешенными выражениями на лицах. Они не смотрели по сторонам, не смотрели друг на друга, не разговаривали, а словно бы искали что-то каждый внутри себя, замерев в ожидании команды. Это были самые настоящие внеземельщики - румфареры. "Отрешенность" - вот то единственное слово, которым стоило охарактеризовать большинство пассажиров.
Инженеров было немного, они негромко и сосредоточенно, по-деловому обсуждали свои предстоящие задачи. "Собранность" - подумалось Элисею.
Сборная команда третьекурсников-практикантов оказалась в численном меньшинстве, но галдели они за всех остальных вместе взятых, ни о чем, просто чтобы скрыть предполетную нервозность. Очевидно, большинство из них, как и Элисей, летело во Внеземелье впервые. "Одичалые", - подобрал для них характеристику Элисей.
По возрасту и духу студенты-практиканты казались для Элисея ближе всего, но он не решался примкнуть к ним так же, как и к инженерам и, тем более, к рабочим.
Элисей рассеяно покрутил головой: кроме пассажиров и водителей электрокаров в терминале находилось немало роботов. Одни деловито считывали маркировку с упаковок, жужжа, изрыгали из себя стикеры и клеили их на ящики. Другие роботы грузили промаркированное оборудование на кары. "К-1-12, А-3-45, Т-12-26", - Элисей машинально присматривался к непонятной для него аббревиатуре и смотрел как роботы безмолвно "переговаривались" между собой своим собственным радиочастотным языком. Разумеется, Элисей его не слышал, он видел лишь частое перемигивание контрольных светодиодов. Самим машинам этот контроль был не нужен. Зато это нужно людям - они должны видеть, что машины работают быстро, слаженно, экономно - это успокаивало.
Успокоило это и Элисея, он отвлекся от своих меланхоличных мыслей и вновь перевел взгляд с машин на вахтовиков. Они-то как раз больше походили на роботов, замерших в "спящем" режиме, ожидая сигнала на посадку. Роботы-погрузчики выглядели куда живее и одушевленнее в сравнении с ними.
"А вдруг рабочие обмениваются между собой невидимыми сигналами? Только у них нет контрольных ламп!" - Элисей потряс головой, отгоняя абсурдную мысль. Просто люди отдохнули, а теперь им предстоит перелет и нелегкая работа кому на три месяца, а кому-то и на полгода. И всё равно, ощущение "роботизированности" рабочих не исчезло полностью. "Робот" и "рабочий" очень близкие по значению слова. Что если всем внеземельщикам вшивают какие-то чипы для контроля сознания?.. О-о! Чего это его понесло куда?
Тем временем, Константин Шульга отыскал вахтенного и что-то сказал ему насчет Элисея, поскольку тот подошел к нему. Дернув за рукав, высокий старпом указал Элисею на инженеров и крикнул, перекрывая гул: "Будь с ними!" - и тут же отошел по своим делам. Элисей подхватил сумку и приблизился к группе. Поприветствовав всех вместе кивком, поскольку говорить в шуме было бесполезно, Элисей встал в паре шагов от инженеров. Ближайший из них, самый старший, смерив незнакомца проницательным взглядом, склонился к уху:
- Студент?!
- Вольнонаемный! - также почти криком ответил Элисей.
