Что поделаешь, Ричард Моро всегда был плохим проводником. Обелиск не мог накачать через него достаточно энергии внутрь, чтобы разбить или деформировать квантовое поле. Не мог и послать наружу достаточно мощный сигнал, чтобы «докричаться» до собратьев. Он мог общаться только с Эмпиреем в ближайших окрестностях своей тюрьмы, и то — с опозданием в несколько секунд. Ричард задерживал каждый сигнал в своей нервной системе и если видел или чувствовал что-то подозрительное — сразу же разрывал соединение.
Конечно, Обелиск попытался его подчинить и заставить расширить канал. Но без эмпирейной поддержки это воздействие ограничивалось электромагнитными сигналами. Против «сейфа», который имел опыт ментального сражения с Левиафаном и помнил Уравнение антижизни, это выглядело откровенно жалко.
Тогда Обелиск использовал другую, не менее привычную для него тактику. Попытался создать в мозгу Ричарда автономного агента. По традиции, эта галлюцинация приняла форму дорогого умершего человека. Ричард мог бы помешать ему в этом, но не стал. Наоборот, он выделил под новый мозг дополнительные участки нервной системы, чтобы общаться с более-менее полноценной личностью, а не марионеткой из сновидений.
Однако когда из Обелиска вышла худощавая фигура, облачённая в фиолетовую с золотом мантию, он всё же несколько удивился.
— Морфеус? Что ты тут делаешь?
— А ты кого ждал, интересно знать, — проворчал лидер Детей Собора, скрестив руки на груди. — У тебя же близких людей за всю жизнь почти и не было. Ты никому никогда не верил, исключая тех, кого уже сожрал. Ото всех ждал только худшего. Ну да, я собирался тебя убить при первой возможности, как и ты меня. А остальные что, лучше были, что ли?
— Ну, Обелиск мог прислать хотя бы Лейтенанта. Он, конечно, тоже ни в грош не ставил меня, как личность, но хотя бы искренне верил в Единство. А у тебя прямо на лице написано — «Прохиндей первосортный, совесть и рядом не ночевала, мать родную продаст за десять крышечек…» Хотя нет, скорее «Уже продал», и давно. Не самый лучший образ, чтобы втираться в доверие.
— А это уже тебе виднее, Мастер, почему тебя всегда тянуло к прохиндеям и псевдоинтеллектуальным громилам. Ты и сейчас похожую компанию собираешь на руководящих постах. Гродд вместо Лейтенанта, Нотар вместо меня…
— Я к вашему возвышению щупальца не прикладывал — ни в той жизни, ни в этой. Таким, как вы, помощь в карьерном росте не нужна. Одни пробьются сами, другие пролезут. Я всего лишь использую существующие тенденции.
— Ну тогда считай, что и моё появление в твоих глюках тоже… тенденция, — усмехнулся Морфеус. — Используй на здоровье.
— Я так понимаю, Обелиск тебя выбрал за умение торговаться. Что ж, тогда не будем тянуть радскорпиона за хвост. Какова ваша цена секрета воскрешения?
— У тебя этот секрет уже есть. Нужно построить зикку… ой, то есть Обелиск.
— Вот только ты мне ещё тут начни. Мне этой игры в дурачка от рогатого булыжника и без посредников хватило. С доступом к Эмпирею и к моему мозгу Обелиск вполне может понять, что такое отделение функции от формы, и придумать способ реализации такого запроса. В конце концов, придумал же Дендерон через меня «жёлтый свет». А эта задачка, небось, не намного сложнее.
— Намного, Мастер. Ты даже не представляешь, насколько. Но ты прав. В принципе она, конечно, решаема. Только не с твоим маленьким мозгом и не с твоим дохленьким подключением. Дай мне нейросеть размером с луну и я сделаю тебе твою машину воскрешения.
— Морфеус, ты забыл, что я не одурманен? То, что я вижу галлюцинации, ещё не значит, что у меня и критическое восприятие отключено, как у обычных жертв Обелиска. Сейчас вот у меня острое ощущение, что ты мне вешаешь лапшу на уши. Что может быть НАСТОЛЬКО сложного в синтезе тела по заранее прописанным инструкциям? Каск на Горе с этим справляется без помощи луны.
— Ну, во-первых, к услугам Каска вычислительная сеть Гора-1, а это почти тысяча суперкомпьютеров размером с город. До мощностей Кровавой Луны, конечно, не дотягивает, но всё равно это очень неплохое подспорье в его работах. Во-вторых, что ещё важнее, создать-то тело можно. А вот распаковать в него Эссенцию так, чтобы сохранить тождество — это уже задачка из области многомерной физики. На компьютерах Жрецов-Королей ты её не посчитаешь и за миллион лет. Вдобавок, Эссенцию нужно распаковать единомоментно, менее чем за десятую долю секунды, по капельке нельзя. Это также увеличивает требования к количеству параллельных процессов и тактовой частоте последовательных.
— Что ж… — после некоторой паузы сказал Ричард, — получается, что вы мне в принципе и не нужны.
— То есть? — нахмурился Морфеус.
