А "компаньоны грабежа" стали набивать грузовой отсек "ЗиРа", потом багажник и заднее сиденье "Микры". Взял себе только жидкую ружейную смазку, бронежилет и видеодвойку "Toshiba" из кабинета начальника почты. И коллегам, по горячке, указал на столь незначительный ущерб моего личного хищения.
- Ты посмотри, какой нахал, сам сманил, а теперь в кусты! Борн, ты ж - зачинщик этого разбоя, - взвилась подуставшая Эльза.
- Эльза, при разбое должны быть жертвы.
- Борисов, жертвы сейчас будут - ты будешь первым! - Эльза заметала молнии.
- А машину с хабаром, ты поведёшь? - Борисов ухмылялся.
- Ладно, Борисов, я тебе это припомню!
- Что - это? Эльза махнула рукой на Николаевича.
- А быстро вы, Эльза Густавовна, плохому учитесь, - подколол Эльзу.
- Борн, ты сейчас будешь второй жертвой! Так, мальчики, кончаем, живее! - Борисов захохотал. - Борисов, ты всё к одному сводишь. Борн, закрывай почту. Я и закрыл, и даже опломбировал служебный вход.
Первыми поехали Зося и Лиэль на "Микре", виляя по всей дороге, мы следом. По дороге, в кустах, увидал много роялей. Э, где-то в пределах дюжины. "А что, хомячим по-быстрому, хотя бы потому что лето. И вообще, на кой ляд мне этот Doom, квесты всякие; идите туда, что найдёте, то ваше будет. Не надо нам такого. Такого "горя" на курорте. Вначале должно быть всё хо-ро-шо. И, и, пусть у главных тут черепки болят от нашего попадалова. А неплохо всё-таки, что водители и сопровождающие на почте имеют разрешение на оружие... - Фу, Борн, не умничай, - фразу молвили, и у меня был провал в памяти. "И о каком сленге я дум-думал, ась?" И с полста станичников увидали. Некоторые из них ковыряли асфальт и, открыв рты, ЗиР провожали взглядами, не забывая креститься. Борисов, не забывая, куртуазно кивал новым землякам.
Дома разгрузились. Что разгружали? Да многое - от туалетной бумаги до мобильных телефонов и ноутбука Лиэль. И кое-какую мелочь. Это всё было в коробках, пакетах, упаковках и россыпью. Где-то с тонну.
Занёс чемоданы из "Ниссана" в прихожую, где уже все собрались. Ляльки и Борисов дожидались меня и моего "толкового" гласа. Хозяйского.
- Ой, мальчики, вы ж ещё не обедали, - Эльза озаботилась нашим подорванным на почте здоровьем. Переглянулся с Борисовым. Николаич чувствовал себя незваным гостем.
- Эльза Густавовна, назначаю вас домоправительницей, - проговорил, и вывалил ей в руки все ключи. - И тут ещё...
- А как теперь к тебе обращаться? - перебила меня Зося.
- Как, как, хозяин, господин.
- А рожа не треснет? - от горя потерянных родных у Зоси уже ничего не осталось.
- Два наряда вне очереди, Зося.
- Ты, чё, борзеешь?
- Пять нарядов, Зося.
- Правда, а почему, сразу - хозяин? - влезла в диспут Лиэль.
- Два наряда вне очереди...
- Дочка, нельзя старших перебивать, - торопливо пришла мне на помощь Эльза.
- В общем, есть... - продолжил.
- Пан рыцарь, - тут влез Борисов, - а я что буду - Санчо Пансой? Или твоим холопом? Со старослужащим номер с нарядами вне очереди не канал.
- Нет, Иван Николаевич, ты у нас будешь вождём - Бизоном с Большим Мотором. Я тебе жалую флигель. И можешь выбрать себе скво, - сказал и, сдерживая смех, церемониально поклонился.
- Наряды мы себе в чемоданах подберём, э, хозяин? - Зося исправлялась.
- Продолжайте, о, господин, твои недостойные слуги посмели прервать твои мудрейшие речи. Все заулыбались. От Лиэль такого не ожидал. "Вот тебе и мамина дочка!" Я замялся.
- Смелее, хозяин! "А Зося - язва".
- В общем, э, надо где-то расположить гарем, - выдал публике. И обеспокоенно смотрел на хохочущих лялек и Борисова, который чуть по полу не катался от смеха. Посмотрит на моё недоумевающее лицо и новый раскат хохота. Вытирая, выступившие от смеха, слёзы Эльза заявила:
- Да умеешь ты, Борн, удивлять. Сразу тебе наложниц подавай! Смотрите, ещё и лицо недоумевающее...
- Вообще то, Эльза Густавовна, гарем - это женская половина дома.
- Да ты что!
- Гейши, мля, вы кормить нас будите или как? Пошли обедать...
Прибыв в здание окружного управления, атаман Шатров развернул бурную деятельность. Собрал всех, кто ему попался на глаза - военных чиновников, казаков, казачат - направил на поиски всего, что выбивалось из казачьего уклада. Искать нужно было дома, людей, всё непонятное в станице и за станицей. Найти и доложить атаману.
- На рожон не лезть. Выпроводил недоумевающих подчинённых, Шатров прошёл в свой кабинет, решая, что делать: собирать данные или сразу озаботить вышестоящее начальство. Зазвонил телефон.
- Господин атаман, вас спрашивает почтмейстер, - сообщила телефонная барышня.
- Соедините, - снизошёл атаман. Взволнованный голос Ивана Николаевича Артемова, доложил об увиденных чудесах. Второй почте, машинах, парке, магазине и большом двухэтажном здание. И о чужаках, двоих, напугавших чуть не до смерти почтенного служащего.
- Разберёмся. Это слово стало для атамана главным.
