— Ну полно тебе, Туся. Ну не плачь. Я же не насовсем. Слетаю по делам и вернусь.
В ответ она зарыдала еще горше.
— Все, радость моя. Пора. — Он мягко отстранил от себя Наташу. — А то не успею на рейс. Машину Илюха назад пригонит, можешь тут ездить, только в Москву не суйся. Сцапают там тебя мигом без прав и регистрации.
Наташа кивала, глядя на него полными слез глазами. Олегу все стало ясно. «Бежит, как крыса с тонущего корабля. А ее оставляет на заклание». Он продолжал стоять за деревом, наблюдая за дядей и племянницей. Вадим Васильевич захлопнул багажник.
— Ну, с богом.
Он размашисто перекрестился и двинулся к водительской дверце. В это время в конце улицы показался красный мотоцикл. У Олега екнуло сердце. Он сам не мог понять отчего. Словно во сне, стоял и смотрел, как тот приближается. Отчетливо стал виден мотоциклист, в шлеме и темных очках. Олегу показалось, что он несется прямо на Наташу, вскрикнул и кинулся вперед. Он успел оттолкнуть ее с мостовой. Она упала на тротуар, приземлившись на обе коленки и ладошки.
Позади раздался громкий хлопок, точно кто-то выстрелил из новогодней петарды. Олег обернулся. Вадим Васильевич лежал на асфальте, голова под колесами «мерса», ноги в лакированных штиблетах раскинуты в стороны. Из-под машины растекалась черная лужа.
— Дядя Вадик… — то ли охнула, то ли выдохнула Наташа.
Колготки ее были порваны, с коленок капала кровь.
Миг — и улица взорвалась криками и визгом. С лязгом открывались железные ворота, выскакивали люди. Кричали, плакали и звонили по телефону, вызывая полицию. Олег взял Наташу за руку и отвел в машину. Усадил на сиденье, достал аптечку, смазал ободранные коленки зеленкой. Она не сопротивлялась и ничего не говорила, находясь в шоке.
Минут через двадцать приехали полиция и «Скорая». Вадима Васильевича погрузили на носилки, накрыли черным и увезли. Пожилой капитан долго допрашивал Наташу, потом пожурил за отсутствие регистрации и, попрощавшись, уехал. Народ постепенно расходился. Приехала поливалка и смыла с асфальта кровавое пятно. Олег и Наташа остались стоять у ворот дома с табличкой «сорок три».
— Ты как? — осторожно спросил он.
— Нормально. — Она шмыгнула носом.
Лицо ее было бледным, глаза опухли.
— Тогда я поехал? — Олег взглянул на часы. — Электричка через полчаса. Успею.
Наташа молча кивнула и зашла в калитку. Щелкнул замок. Олег немного постоял у ворот и зашагал к остановке. Он шел и думал, что долгой и грязной работы у Луневой и ее команды хоть немного, но убавилось. Кондратьева устранили свои же, просто вытащили звено из длинной цепочки и вышвырнули вон. И он, Олег, здесь совершенно ни при чем. Но если бы он не поехал сегодня на молчановские дачи, Наташа была бы мертва. Тот, кто выкидывает из цепи звенья, не заботится о целости и сохранности окружающих. Попался под горячую руку — пеняй на себя.
Маршрутка долго не шла. Олег приехал на платформу, когда электричка со свистом тронулась и покатила по рельсам. Пришлось ждать двадцать минут. В Москве он оказался поздно вечером. Падая с ног от усталости, подошел к подъезду и остановился в недоумении. В свете фонаря маячила громоздкая фигура.
— Ну наконец-то. А я жду, жду.
Валерка шагнул навстречу Олегу. Вид у него был растерянный и несчастный.
— Ты где был?
— У Наташи.
— Она нашлась? — В голосе Зимина послышалась такая радость, что Олегу стало стыдно.
— Нашлась. Но все плохо. Идем выпьем. Расскажу.
— А у тебя есть? — недоверчиво проговорил Зимин. — А то я с собой захватил. Вот.
Олег заметил в его руке увесистый пакет.
— Захватил, и ладно, — успокоил он его. — Куда мне до тебя.
Они сидели до самого утра. Пили коньяк, закусывали колбасой и огурцами. Олег говорил. Валерка слушал, иногда вставляя восклицания.
— Она вернется, брат! — Он сгреб Олега громадными лапищами. — Вот увидишь, вернется. Ты ей жизнь спас.
Олег грустно покачал головой.
— Лунева сказала, что не вернется.
— Это кто — Лунева? — Валерка выкатил на него налитые кровью глаза.
— Следователь. Она следила за нами. Видела Наташу. Говорит, такое не прощают.
— Больше слушай ее! — сердито рявкнул Зимин. — Баба — она и есть баба. Говорю тебе, вернется твоя Натали. Твоя планета. — Он пьяно захохотал.
Олег не выдержал и тоже засмеялся.
— Планета лжи. Так ее надо называть.
— Гениально! — Валерка заржал еще громче.
В это время грянул дверной звонок. Оба замолчали как по команде. Олег чувствовал, что не может стронуться с места. Ноги точно приклеились к полу. Звонок повторился, нетерпеливо, требовательно.
— Ну чего ты? — опомнился Валерка. — Иди открывай. Это она.
На негнущихся ногах Олег вышел в прихожую и глянул в глазок. Он был готов увидеть кого угодно — Луневу, Емелю, даже старушку-агента. Но на площадке стояла Наташа. У ног ее лежала большая спортивная сумка. Он повернул колесико замка и распахнул дверь.
— Привет, — сказала Наташа. Голос ее был слегка осипшим, но спокойным.
— Привет.
— Вижу, ты не один? — Она покосилась на огромные ботинки сорок седьмого размера, стоящие под вешалкой. — Можно войти?
— Конечно, входи. Будешь коньяк?
— Буду. — Она тряхнула черными как смоль волосами.
