Хорманн инстинктивно откинулся назад, пытаясь схватить светомет. Но удар ногой отбросил его в траву. Его затошнило, в глазах стало красно. Он медленно встал на колени и только тогда поднял голову.
Снова зашумел ветер и взлохматил серые и белые пряди волос на голове странного безоружного человека в вылинявшей голубой рубашке и драных брюках, стоявшего подбоченясь в нескольких шагах от Хорманна.
— Можете встать и напиться.
Хорманн вскочил на ноги. Будто обожженное лицо нападавшего было прорезано глубокими морщинами. Но темные глаза под густыми бровями смеялись.
Хорманн ощупал голову, не отрывая взгляда от незнакомца.
— Вы что, чокнутый? Что вы здесь делаете?
— Пришлось стукнуть вас, чтобы вы меня не поджарили, — невозмутимо ответил человек. — В наши времена ни за что нельзя ручаться. Я давно заметил, что любой, у кого под рукой лазер…
— Вы из поместья? — прервал его Хорманн.
— Вы, юноша, нетерпеливы, не так ли? Да. Скажем, я имею некоторое отношение к поместью…
Хорманн пожал плечами с ледяным выражением на лице.
— Дурак. Вы никогда не имели отношения к поместью. Я вас не знаю. И был уверен, что вы солжете… — Он отступил на шаг и вскинул оружие. — А теперь, для ясности, извольте сообщить, что вы здесь делаете.
— Бы к тому же упрямы и хитры, — человек вдруг уселся в траву и невозмутимо вздохнул. — Ужасно жарко… Стоит ли терять время на болтовню?
— Я жду, — прикрикнул Хорманн.
Лицо его посуровело. Ему было все равно, с кем он имел дело — с простым бродягой, скитавшимся по дорогам Прованса, или нет. Ничто не должно было помешать выполнить задание. Особенно сейчас.
— У меня мало времени! Рассказывайте!
Старик вздохнул, в его взгляде сквозила нескрываемая насмешка.
— Конечно, в поместье я человек чужой. И не стоит грозить костром, чтобы узнать это. Я никогда не жил здесь. Только…
— Что только?
Человек пожал плечами и улыбнулся.
— Ну, скажем, я тут поселился, — он вдруг возмущенно повел плечами. — Здесь никто не живет. И жаль, что столь чудесные апартаменты простаивали без жильца. У вас есть возражения?
Хорманну стало смешно. Незнакомец издевается над ним. Идиотская ситуация. Они вели беседу, как парочка аристократов в парижском салоне.
— Я родом из этого поместья, — процедил он. — И у меня действительно есть возражения. Мой отец…
— Делишер? — взгляд старика оживился. — Вы и есть Жак Делишер, участник Сопротивления?
Он вдруг спохватился, словно боясь, что скажет лишнее. Хотя Прованс и оставался последним оплотом мятежников, здесь появились и неороялисты. А люди прево ничего не прощают. Взгляд его стал осторожным и пугливым.
— Я не роялист, — усмехнулся Хорманн. — И не Жак Делишер. Мой отец был арендатором в поместье. Нам принадлежала ферма у моста… Она теперь разрушена.
— А! — старик покачал головой. — Вы решили совершить своего рода паломничество.
Взгляд его снова стал насмешливым, а голос язвительным. Но Хорманн почему — то не испытывал никакого раздражения.
— Да. Своего рода паломничество. А откуда вы знаете семейство Делишеров?
— В доме всегда что-то остается. Вещи, бумаги… Даже если в нем не раз побывали стервятники. А имя Делишера знают не только в Провансе. Могу ли я встать без риска отправиться на тот свет?
Хорманн кивнул.
— В конце концов, — вновь заговорил человек, — и мне стоит напиться. Вы знаете, что погреба пусты? Пришлось привыкать к воде… В наши-то времена.
— Давно вы здесь устроились?
— С неделю. Не больше. Я не веду счета времени. Наклонившись к источнику, он зачерпнул ладонями воду, напился и смочил длинные волосы. Потом встряхнулся.
— У вас отличная лошадь… Трудно было пройти через города?
Хорманн хорошо знал окрестности, но не собирался входить в детали, а потому промолчал. Он не спеша сунул лазер в кобуру и потянул за узду лошадь, щипавшую сухую траву.
— Мне хотелось бы пожить здесь вместе с вами. Кстати, как ваше имя? Я любопытен от природы.
— Сейрон, юноша. Альбер Сейрон… Но мое имя вам ничего не говорит.
Хорманн кивнул.
— Ну, пошли.
И двинулся вперед, ведя лошадь под уздцы. Старик догнал его и пошел рядом. С его волос, прилипших к загорелому лбу, стекала вода.
— А как зовут вас? — спросил он.
— Хорманн… Клеман Хорманн.
Его интересовала реакция старика. Сделав десяток шагов, он обернулся. Сейрон застыл посреди дороги. Морщинистое лицо так и сияло радостью и восхищением.
— Боже правый, — воскликнул он. — Вы и вправду Клеман Хорманн, Бард Сопротивления?
Хорманн усмехнулся.
— Я всего-навсего сын арендатора Хорманна. Из поместья Делишера. Не думаю, что мои стихи кто-нибудь помнит.
Старик догнал его.
— Вы не правы… Но где же вы скрывались эти три года? Многие думали, что вас схватили и расстреляли.
Хорманн махнул рукой в сторону севера.
— Я слишком быстро бегаю.
Дорога сделала последний поворот, втянулась в аллею кипарисов, и они вдруг оказались во дворе. Хорманн остановился и нахмурился.
— Увы, — пробормотал рядом с ним Сейрон. — Роялисты возвращались сюда несколько раз. А кроме того, не стоит забывать и о крестьянах.
