– Что исследует? – уточнила Луна.
– Окружающий мир. И делает это, так сказать, на зубок. Еще они умеют отражать эмоции других существ. Но не всех. А только тех, кого очень любят.
Луна взглянула на Немо, и Греноух улыбнулся.
– Он ведь твой? Позволь выразить почтение. Впервые вижу человека, к которому привязался космовёнок. Ты – особенный.
– То есть легенды не врут? – вспомнила Луна. – Космовята и правда выбирают принцев?
– Ну… в энергетическом смысле. Рядом с таким гуманоидом они могут раскрыть свои способности. Космовята… гм… в потенциале умеют работать со временем и пространством. Давно он у вас?
– Несколько месяцев, – ошарашенно ответил Немо.
– Гм… Наверное, успел освоить электрический разряд. Потом научится телепортироваться…
– Уже, – сказал Немо. – Но мне кажется, он пока не вполне понимает, как это контролировать.
– Удивительно! – Греноух не сводил с капитана восхищенных глаз. – За такой короткий срок!
– Может, – вмешалась Луна, – предадимся восторгам в более подходящем месте?
– Конечно! Что ж это я?! Пройдемте в центр управления, – засуетился ученый.
– У вас отличный халатик, кстати, – Луна с тоской поскребла шлем скафандра. – Удобный, наверное…
– Вообще-то, это профессорская мантия, – Греноух проследил за ее рукой. – Снимите шлем, воздух здесь подходит всем гуманоидам.
– Фух, – обрадовалась Луна. – Еще бы и остальную красоту стащить.
– Не сейчас, – отозвался Немо. – До «Наутилуса» далеко. Давай не будем терять времени.
– А по-моему, у нас его навалом.
– Потерпи, ладно? – Немо наклонил голову. – Я тебя как принц прошу.
– Как вы сюда попали? – допытывалась Луна, топая за Греноухом мимо отсеков.
– Я уже говорил, что исследую аномалии в космосе. А тут такая загадка – пропадают корабли. Мы отправились в экспедицию и в итоге оказались здесь.
– И давно вы уже на станции?
– Уже месяца три.
– А остальные? Те, что в сонных капсулах?
– Все по-разному. Кто-то попал полгода назад, а кто-то уже несколько лет болтается.
– Как так? – Глаза Луны стали зелеными.
– Станция держит. Системы кораблей не работают. Она глушит их своим полем. И держит крепко – не оторваться. Подробнее вам расскажет мой механик.
– А почему все, кроме вас, спят?
– Еда, – просто ответил Греноух. – Некоторые здесь уже очень давно. Как только запасы провианта заканчиваются, команда уходит в анабиоз, оставляя объяснения, что они успели сделать и в чем разобрались. Такой путеводитель для вновь прибывших. Мы его называем «Дневник Капитанов».
Когда затащило нас, на станции бодрствовали только механик и капитан «Волопаса». Их затянуло на три месяца раньше нас. Они передали нам информацию и уснули. А сами получили сведения от механика «Алькора».
– Мы были на этом корабле, – сообщила Луна.
– Поразительно, – Греноух вдруг сменил тему разговора: – Я перестал указывать дорогу еще три отсека назад. Но ты, – он указал на Луну, – сворачиваешь куда нужно. И ни разу не ошиблась. Ты – бионав?
– Чего? – нахмурилась Луна.
– Бионавигатор, – рудонец затрепыхал ушами.
– Да просто, эмм… интуиция, – смутилась Луна.
– Ты можешь найти любой выход? – не обращая внимания на ее слова, продолжал Греноух. – Распознать верную дорогу даже в незнакомом месте? Насколько она мощная? – Он вдруг обратился к Немо.
– В каком смысле? – Капитан с сомнением посмотрел на тонкие плечи Луны.
– Бионавы… Существует несколько видов, – принялся разъяснять Греноух. – Первые – «Викты», способны найти выход из здания или станции. Что-то вроде указателей. Отличные помощники в чрезвычайных ситуациях.
Затем – «Дромы». Видят шире. Те, что послабее, могут найти дорогу в пределах города. Посильнее – охватят небольшую планету.
Есть «Тонимы». Это уже другая ступень. Им подвластен лабиринт высокой сложности. И не важно, где он, – в пещере или подземелье.
А есть такие, которых называют «Дженио». Они самые сильные. Могут реагировать на внезапные помехи по маршруту. Но они редко встречаются.
Кто же твоя подруга?
Не нужно было складывать два и два, чтобы понять, кем была Луна. Но выдавать ее Немо не хотел.
– Боюсь, я до сих пор не знаю, на что она способна, – капитан едва заметно улыбнулся.
– Про станцию все очевидно, – заключил Греноух. – А лабиринты ей подвластны?
– Вообще-то, я здесь! – напомнила Луна. – Перестаньте говорить обо мне, будто я какое-то устройство!
– Вот это да! – Профессор глядел на Немо и одобрительно тряс головой. – Очень необычный молодой человек. Очень. Приручить бионава и космовёнка… Как тебе это удалось?
– Подманил на пение, – Немо давился от смеха.
– Ну все, дрессировщик, – Луна раздула ноздри, – это конец!
– Ты совершенно права, – обрадовался Греноух. – Мы пришли.
Рудонец указал на огромную дверь – такую же, как в ангаре.
Центр управления оказался просторной овальной комнатой. На ее стенах красовались сотни мерцающих лампочек. Купол был полностью стеклянным, а в самом центре расположилась большая панель. Она была похожа на прозрачный стол, за который свободно сели бы человек двенадцать.
