– Ну, что же, вот мы и познакомились. А теперь можно поговорить о наших общих делах. Вы не против?
– Конечно… безусловно… мы только за, – закивал Яша. – Ждём не дождёмся. Вот и император весь в нетерпении. Я правильно говорю, Ваше Величество?
– Всё верно, друг Алёшка… всё верно, – отреагировал Роберт.
Варакин взялся за бегунок молнии на олимпийке и поёрзал его вверх-вниз, то обнажая накаченную грудь, покрытую россыпью татуировок, то пряча её.
– Вы простите моего отца, – взмахнул ладошкой князь совсем не по-мужски. – Написал он разных законов… император, – сказал он протяжно с издёвкой. – То были сложные времена. Одни бояре хотели срочно будить вас, другие вовсе желали, чтобы вы не проснулись. И мой отец принял решение назначить вас неприкасаемой особой, жалуя титул императора. На бумаге всё выглядит громко – почётно. Император Сибири, звучит? И мне нравится. Как выстрел из гаубицы; но лишь холостыми… потому что на деле титул только защитная грамота, как ярлык великого князя от посягательств на ваш гений.
– Я так и знал. Игры политиков. Ну, всё как всегда! – всплеснул руками Яша и плюхнулся обратно на диван.
– Не огорчайтесь. Это ведь не ваш титул. Как вас, Алёшка? – расплылся в улыбке князь и хлопнул ресницами, до гендерной боли оскорбляя брутального мужчину Якова Караваева.
– Спасибо, что сохранили наши жизни князь, – галантно отреагировал Варакин. – Спасибо, что не дали глупцам разобрать нашу усыпальницу.
Роберт отвесил небольшой реверанс, подсмотренный в старом фильме, который он видел ещё ребёнком.
– Весьма… весьма, – изобразив аплодисменты, удовлетворился учтивостью государь. – Но рассчитывать на мою снисходительность ещё рано. И посему хочу предупредить вас, что придётся хорошенько потрудиться, перед тем, как двери лаборатории откроются так широко, что вы сможете выйти отсюда. Да… и чуть не забыл… народу будет объявлено, что император Сибири проснулся, но, о горе… впал в кому, а врачи дворцового госпиталя вступили в схватку со смертью. Я сделаю такое заявление: власть страны и весь народ будет биться за императора до победного конца!
Роберт расстегнул до пояса олимпийку и присел на прежнее место к компьютеру, демонстрируя – то ли готовность к работе, то ли упадническое настроение интеллектуального невольника.
– Короче, мужики, будьте людьми! – князь опустил руки и встал, как нормальный человек. – Сделайте доброе дело, увеличьте срок хранения сыворотки. Продлите на год, а желательно дольше. А то, знаете, сковывают сроки. Страдают люди… вот же зараза, вот напасть! Но если ты Роберт Варакин создашь нечто изысканное, нечто гениальное, чтобы таблетки работали даже по истечении долгих месяцев, то я подарю тебе княжество и целую армию секачей – отборных, кряжистых!
– А мне волость, а мне кабанов? Я тоже хочу править! – потребовал равноправия Яков.
Витольд вполне благосклонно посмотрел на друга Варакина.
– Если родится сыворотка, то и тебе Алёшка я дарую земли… Хотите получить Байкал или весь Красноярский край? Прелестные места доложу я вам. Зимы нынче тёплые пошло, до Турецкой державы ещё не прогрелись, а вот со Страной Бавария или Саксония – вполне можно сравнить. Хотя в последние годы стало снова холодать. Уж не к концу ли Света все эти перемены…
***
Роберт щёлкал мышкой, складывая в стопки тузов, королей и шестёрок. За время его сна из жизни ушли все, кого он знал. Все кроме, верного друга Яши. Люди умерли, а компьютеру всё нипочём. Удивительно…
Якова будоражили совсем другие вопросы. Встреча с великим князем Витольдом разочаровала, хоть плачь. Вместо создания великой цивилизации; вместо полётов к Сатурну и на Юпитер, люди превратились в тунеядцев, посылающих на смерть кабанов, чтобы самим не озвереть. Какой гнусный поступок. Измельчал народ – отупел!
– Я понимаю, что интернет не везде ловит, – пыхтел от злости Яша. – Интернет дело технологий и производственного цикла, это понятно… и никто не спорит, что надо отстаивать свою территорию. Война до победного конца, я согласен. Тем более сам недолюбливаю китайцев, хотя не росист и мои якутские друзья свидетели. Но посылать в бой свиней, чтобы после смерти перемолоть их… отварить в чане… залить экстрактом Вар-250, дать остыть и сожрать – это выше моего представления о чудовищном! Мы ведь решили этот вопрос в своё время – и, казалось, навсегда. За столько лет ничего не создать нового, а только всё испортить… да как такое возможно? Скажи Роб, зачем людей превратили в наркоманов, нынешние вожди совсем из ума выжили? И почему этот Витольд, князь всея Якутска, не выпускает нас из лаборатории?
Варакин продолжал, как ни в чём не бывало спокойно перебирать пальцами по клавиатуре. Он будто не слушал друга. Но затем посмотрел на стол заставленный тарелками с обглоданными свиными косточками и спросил:
– Алёшка, ты мясо ел?
– Я мясо ел… коли кормят, – ответил Караваев. – И что с того? Нужно отказаться и ходить голодным?
