Следующий пункт требовал обязательного присутствия двух белокурых, а главное, молодых и стройных, не старше двадцати пяти лет – специалисток массажа, практикующих традиционную японскую терапию, шиацу. Девушек готовили с раннего детства, оставляя бонусом целомудренность; в то же время обучали волшебству пробуждения мужских организмов и циркуляции энергии ци, в истосковавшихся по ласке телах. Одной из профессионалок пришлось покрасить волосы, потому что за последний год её юный светло-русый цвет превратился в тёмно-каштановый. Хотя это такой пустяк, на который обращать внимание не стоит – после воздержания в восемьдесят пять лет не отпугнёт даже седая красотка, с челюстью в стакане.
Девушки и советник Мокрицин облачились, будто высаживались на необитаемую планету, но снежно-белый скафандр, слегка полнящий, не смог спрятать женские фигуры. На голове всей троицы прозрачные шлемы, демонстрирующие наличие блондинок, как и заказывали. Девчонки посматривали на табло над дверью-люком. Электронный экран отсчитывал время до пробуждения вождя. На табло также отображалась температура и влажность воздуха, а радиационная шкала фиксировала норму и щёлкала замысловатыми символами анализатора микрочастиц.
– Я так волнуюсь, так волнуюсь, – щебетала одна из девушек. Её звали Лера.
– Никогда со мной такого не случалось. Вы представляете, сейчас проснётся сам Роберт Варакин! – вздыхала вторая прелестница по имени Лара, дрожа ресницами, словно под шлемом гулял весёлый ветер.
Федот умело скрывал свои чувства. Ему выпал шанс встретить императора. Такое действительно случается только раз в жизни. Врачи и военные, ожидающие за стенами шлюзовой комнаты, увидят его позже, а он лицезреет вождя через какие-то минуты, прямо сейчас!
– Тридцать три, тридцать два… – отсчитывала мгновения Лера.
– Тридцать один, тридцать… – присоединилась к подруге по долгожданному счастью Лара.
– Тише девочки, – не отрывая взгляд от бегущих цифр, сглотнул Федот.
Послышался звук открывающегося механизма, дверь медленно подалась вперёд. Человек в обтягивающем чёрном гидрокостюме, в массивных очках и респираторе на лице вышел к встречающим. Если бы за спиной крепились баллоны, то человека можно принять за ныряльщика, только без ласт.
Девушки опустились на одно колено. Мокрицин последовал их примеру. Голос из-под шлема не мог передать чувств, нахлынувших на Федота.
– О великий император Роберт… народ ждал Вашего пробуждения. В лице князя Сибири – Витольда первого, я приветствую Вас после долгого сна…
Казалось, что человека совсем не интересовали слова встречающих. Он теребил прибор, похожий на кассовый аппарат в продуктовых магазинах. Мужчина быстро нажимал кнопки и сверялся с символами на табло.
– Алёшка, ну чего ты там копаешься? – послышался голос, откуда-то из глубин лаборатории.
Федот глаз от пола не отрывал, но прекрасно слышал имя – Алёшка. Никакого Алёши или Василия, или Клавдия, или другого Петровича из прошлого в лаборатории быть не должно. Есть только Роберт Варакин и Яков Караваев – больше никого.
Сразу после окончания медицинского института в Томске – Варакин вернулся в Якутск, где родился двадцать два года назад. В небольшой лаборатории, со скромным оборудованием и издевательским бюджетом, но большими амбициями – Роберт вместе с ровесником Яковом Караваевым денно и нощно трудился над чудодейственным лекарством. Бушующая в те времена пандемия коронавируса, заставила идти нестандартным путём, и к маю 2022 никому не известный вирусолог, Роберт Варакин совершил неожиданное для всех учёных голов открытие. Он сумел создать целительную вакцину, поставившую жирную – наижирнейшую точку в борьбе с надоевшей болезнью.
Снова в привычном режиме заработали аэропорты. Открылись рестораны, курорты и заводы. Люди без страха гуляли семьями по улицам городов и посёлков, посещали спортивные мероприятия, концерты и музеи, а страх, поселившийся в человеческих душах, ушёл безвозвратно. Роберт не был награждён Нобелевской премией. Его имя, его труд и безмерная помощь Якова Караваева остались тайной для большинства людей. Универсальная вакцина считалась коллективным достяжением, добытым с небывалой отдачей и усердием: младшими научными сотрудниками, старшими товарищами, средним звеном, санитарками, врачами скорой помощи и прочими, прочими, прочими. Но те, кто работал в вирусологии, точно знали, чей гений и выдержка создали потрясающий продукт.
Бонусом за неоценённый труд якутская лаборатория доктора Варакина получила практически неограниченные средства на своё развитие. Перед командой, собранной лично Робертом из молодых и перспективных российских учёных, ставились амбициозные задачи. И, безусловно, эти задачи выполнялись. Но Роберт не был бы гением, если бы не шёл только известной ему дорогой. Его не интересовала слава, потому что он задумал нечто непостижимое.
***
