- Не наскакивайте на него, - прервал его Констант. - Я это все уже слышал. Несмотря на это, остается тот факт, что мы все должны начать сначала, потому что ваша работа ему не понравилась. Это так?
Джесс Отен захлопнул крышку рояля, вскочил на ноги и пошел к выходу. Лестер Харкэм, опустив плечи, последовал за ним.
- Может быть, он придумает что-нибудь еще? - с надеждой сказал Адриан. - Мы же так хорошо продвигались вперед. Вероятно, ему хотелось нас шокировать.
- Чушь, Эд, - пробормотала Ида. - Парень сошел с ума, насчет этого у нас не должно быть никаких иллюзий.
- Мне только хочется знать, почему вы стоите на стороне Мюррея? - спросил Констант. - Вы храбро защищали его, но Дельгадо легче судить о его поведении, потому что он смотрел сразу на всех нас вон оттуда. - Он указал на кресло.
- Я… мне очень понравилась эта сцена, - неуверенно произнесла Хитер из третьего ряда. - Я не знаю, в чем здесь Дельгадо нашел недостаток.
- Не вмешивайтесь, Хитер! - потребовал Констант. - Вы до сих пор не приняли в этом никакого участия, поэтому вы не должны открывать рта, понятно?
- Констант прав, - подтвердил Ретт Лэтем. - Дельгадо, конечно, останется при своем решении, и мы напрасно потеряли целую неделю, потому что игра Мюррея его не удовлетворила.
Другие не говорили ничего, теперь они наблюдали за Гарри Гардингом, который появился на сцене, достал из кармана нож и разрезал наброски, которые он с такой гордостью сделал несколько часов назад. Потом он молча спрыгнул со сцены и побежал к выходу.
- Ну, хоть один из вас воспринял это серьезно, - сказал Эл Уилкинсон. - Ретт, теперь нам лучше исчезнуть.
- Хорошая идея!
Сцена быстро опустела. Только Ида все еще оставалась здесь, словно хотела подбодрить Мюррея; однако потом она пожала плечами и тоже ушла. Она увела с собой Хитер. Мюррей остался один.
Ведь он же предсказывал, что клуб превратится в сумасшедший дом. Не было ли лучших методов, чтобы достигнуть этой же цели? Это все было ужасным, но завтра станет еще хуже, если Дельгадо сдержит свое слово и все начнет с начала.
Мюррей прошел мимо ряда, в котором сидела Хитер. Там он заметил что-то белое. Носовой платок, который упал под кресло. Он поднял его. Платок был мокр от слез.
Бедная малышка. Почему Близ-зард пригласил ее, если ей не хотели давать никакой роли? Можно почти поверить, что Хитер была предназначена для Иды, как героин в комнате Гарри, который был подложен театральному художнику.
В это мгновение он услышал, что дверь комнаты над ним заперли на ключ, и этот звук встревожил его.
Гарри рассказывал ему, что его комната находится прямо над театром, это была дверь комнаты Гарри.
- Великий Боже! - сказал Мюррей и побежал к выходу.
Молодой художник не ответил, когда некоторое время спустя Мюррей постучал в его дверь. Она была заперта. Мюррей поспешил в свою комнату, заглянул за штору и облегченно вздохнул, увидев там стакан. Он все еще был полон до краев. Мюррей снова задернул штору и медленно повернулся.
Неприятное чувство усилилось. Он вышел в коридор, приложил ухо к двери Гарри и затаил дыхание.
Звон металла о металл или стекла о металл. Была отломлена головка ампулы. Мюррей испугался, представив себе, что сейчас происходит за дверью.
- Гарри! - громко крикнул он. - Гарри, оставьте это! Слышите? Перестаньте!
Ему не ответили, но снова послышался звон. Мюррей забарабанил кулаками по двери.
- Что все это значит? - спросил Констант позади него. Он вышел из комнаты номер 11.
- Помогите мне взломать дверь! - потребовал Мюррей.
- Вы сошли с ума? - Констант поднял брови.
- Помогите мне, вы, идиот! Там Гарри, он вводит себе героин, а он сказал, что может ввести себе слишком большую дозу, если первая покажется ему недостаточной. Вы хотите подождать, пока он умрет?
Констант побледнел. Он молча встал около Мюррея.
- О'кей, давайте плечами, - сказал ему Мюррей. - На три… раз, два, три!
Они одновременно бросились на дверь; запор поддался и вылетел из дверного косяка. Гарри медленно отвернулся от стола, на котором лежало его оборудование: эмалированная миска, в которой находился шприц для инъекций, стакан с белым порошком - такой же, как и тот, который он передал Мюррею на сохранение, и маленькая спиртовка. Он держал чайную ложку с загнутой ручкой в правой руке; его левая рука Джон Бриннер была обнажена до самого плеча, и Мюррей увидел, что Гарри перетянул руку своим галстуком.
Потом Мюррей схватил чайную ложку, вылил несколько капель жидкости, находящейся в ней и уложил человека, впавшего в истерику, на кровать. Гарри отчаянно защищался, но сила двух мужчин превосходила его силу; он наконец сдался и теперь уже лежал тихо.
- Итак, это, должно быть, был второй шприц, - констатировал Мюррей. Он указал на красную точку на руке Гарри.
- Черт бы побрал вас обоих, - прошептал Гарри. - Исчезните! Да исчезните же!
- Не сейчас. - Мюррей отвернулся и взял стакан. - Констант обыщите все. Может быть, он спрятал здесь еще несколько стаканов этого зелья.
- Разве этого недостаточно? - спросил Констант, бросив взгляд на стакан. - О Боже, я еще никогда не видел столько наркотика.
