Команда молча переглянулась, и никто не знал, как среагирует это рыжее создание.
– Если бы я и мог это сделать, то всё равно бы ты, Федя, говоря вашим фольклором: такой халявы не дождался никогда, К твоему сожалению, моя сущность проявляется только в планировании, а в отдельных случаях и в исполнении разнообразного, что угрожает гибелью, целых цивилизаций, И здесь не мой профиль, так уж я устроен, вы же: протонной винтовкой – мух тоже не плавите, И с вашим: DF234 – уровнем сложности заданием, вы в полной мере и сами справитесь, не вижу, не то что больших, а вообще каких-либо препятствий для выполнения нашей миссии, А вот если надо спланировать, то всегда пожалуйста – уровень сложности: роли не играет, но не более, чем три миллиона семьсот восемьдесят шесть тысяч девятьсот тридцать пять заданий в сутки – в земные сутки, К сожалению, больше не могу, но я совершенствуюсь, – добавил он через секунду.
– Почему халява, если можешь, то чего бы и не помочь добрым людям, – пытался надавить на не него Ломоносов; и от причины окончательной потери страха и других катаклизмов в Федином сознании: беседу вёл он с Шариком, на «равных».
– Если ты хочешь знать, добрый человек, Так знай, а лучше запиши, чтобы больше не задавать глупых вопросов, Была такая планета Криксус.
– Почему была?
– Была потому что, в данном временном континууме её уже не существует, а что насчёт несовершенной человеческой памяти, то эту историю я тебе сам запишу: на ксинтонном уровне твоего мозга.
– Ха-ха-ха, договорился, – похлопал Стив Федю по плечу.
– Если хочешь, Стив, могу и тебе записать?
Но тот быстро показал ему замок на рту и отошёл подальше от Фёдора.
Технический прогресс на планете Криксус приобрёл невиданных темпов, И в итоге был создан искусственный интеллект, который стал делать всё за местных жителей, Он постоянно самосовершенствовался и совершенствовался, Но самая большая ошибка криксусянцев была в том, что у него не был заблокирован модуль рациональности, – сказал Шарик и почти сразу добавил: – У меня он заблокирован на Н456 уровне в семнадцатом логическом композиуме.
– Ну и что это значит? – спросил Марк, и сделал при этом очень умное лицо.
– Для тех, кто в бронешлеме, объясню.
– Ты ему лучше запиши, – засмеялся Стив и опять показал замок.
– По расчётам их главного, интеллектуального объекта, что именовал себя как YeWWWr612, В жителях планеты, которые: без достаточно серьёзных на то оснований, только зря занимают ресурсы Криксуса – нет обходимости.
– И от куда ты всё это знаешь? – не было предела, Фединому удивлению.
– Была у меня миссия по планированию Криксуса.
– Интересно, что ты там?.. – вырвалось у Джека.
– Ввиду угрозы пяти ближайшим галактикам, пришлось расщепить ядро планеты.
Подразделение молча переглянулось, и желания задавать каких-либо ещё вопросов, отпало, само собой, И только сейчас, до всех: по-настоящему дошло, что такое Шарик и что скрывается под видом этой рыжей дворняги, Теперь он вызывал скрытый и не совсем понятный: подсознательный страх, Ведь с подобным успехом, он мог бы спланировать и их, или расщепить например, Земное ядро, Успокаивало лишь одно, что он на их стороне, и у него на каком-то там уровне: в семнадцатом логическом композиуме – заблокирован, тот самый модуль.
– Сразу бы так всё и объяснил, и какие тут могут быть вопросы, Но один вопрос всё-таки остался, Мог бы ты мне подробней о расщеплении ядра планеты? – разошёлся Ломоносов, со своей врождённой тягой к наукам.
– Твоя психика не полностью окрепла после демонстрации психоделического воздействия, страхом: подробности могут травмировать тебя ещё больше.
– Федя, нам второго Шарика не надо, так что успокойся там! – поставил точку в этом вопросе Джек и сказал, что надо хоть немного отдохнуть; и то что планы Шарика то одно, а множество их вариантов и ветвлений, то совсем другое.
Без стены, в темнице было очень холодно, и сильные порывы ледяного ветра пронизывали до костей; каменный пол остыл так, что под утро покрылся инеем, Всю ночь все ходили взад-вперёд, чтобы хоть немного согреться, Один Шарик скрутился клубком и делал вид что спит, но на самом деле он просчитывал миллиардную композицию, своего очередного планирования.
Это была одна из самых длинных ночей в жизни подразделения.
Утро, судного дня, порадовало тёплой и зирковой погодой, Подразделение с кандалами: на ногах и руках, доставили на Вильтонскую площадь, где уже всё было подготовлено для показательной казни: пять виселиц и столько же здоровенных мужиков в чёрных масках – окружало больше сотни солдат с пиками.
Горожане, как сельдь в бочке, толпились на площади, и все подходы к Панифексу, были забиты множеством людей, Большинство из которых пришло, не так как, на суд, как на обещанную Семёном 33 гулянку, после всего того успеха, в поимке демонов.
Столы находились сбоку от площади и уже ломились от обилия мяса и вина, И это предвкушало большую пьянку, после того как повесят демонов; и сейчас головы горожан тревожила только одна мысль: быстрей бы он кончился! – этот даже ещё не начавшийся суд.
