Первый помощник Ямада зашагал к Ватанабэ Ю, который выпрямился и вытер рукавом уголок рта. Во рту стало кисло, он заставил себя сглотнуть неприятный привкус, глядя на мрачную физиономию Ямады.
– Я думал, ты сможешь продержаться три дня, – процедил тот. – Из-за тебя я потерял пять тысяч йен.
– Простите, – пробормотал Ю, опустив голову и борясь с неприятным ощущением в желудке.
– Придется тебя наказать. – Ямада махнул рукой, и кто-то принес давно приготовленный набор – швабру и ведро – и поставил его перед ним. – Отныне ты драишь палубы.
– Хорошо… – Ватанабэ Ю взял ведро и швабру. – Простите, Ямада-сан, а сколько раз в день убирать?
– Да сколько хочешь, я тебя не ограничиваю, главное, чтоб я не нашел грязи. – Первый помощник достал несколько купюр и сунул их рыбаку, с которым заключил пари, затем отвернулся, не глядя больше на новичка.
В университете было не так тяжко, как на борту судна. Здесь никто не мог дать совет Ватанабэ Ю, и даже дядя сторонился племянника, боясь запятнать свою репутацию общением с незадачливым матросом. К счастью, Кэйта время от времени подсказывал, что делать и чего не делать, но и он не решался подойти слишком близко. Ю не стремился расширять круг общения, пусть народ издали наблюдает за салагой-неумехой. Он именно этого и хотел.
Ватанабэ Ю поднял еще одно ведро воды из моря и плеснул на палубу, чтобы вытереть пятно птичьего помета. Несколько чаек, парящих над головой, уже три или четыре дня летали вместе с «Кувата мару», расправив крылья и скользя против воздушных потоков, внося хоть какое-то разнообразие в монотонную жизнь. Кэйта сказал, это признак того, что суша рядом. Ватанабэ Ю спросил, что это за суша, но Кэйта вместо ответа лишь рассмеялся.
Матросов, кажется, немного взволновало появление чаек, но Ватанабэ Ю радоваться не приходилось. Присутствие птиц означало, что в любой момент на палубу мог упасть птичий помет. Если его не убрать в течение двух минут, то мимо обязательно пройдет кто-то рангом повыше Ватанабэ – то есть любой – и устроит ему выволочку.
Вытерев птичий помет, парень набрал еще одно ведро воды. Во время перерыва он облокотился о поручень и прищурился, глядя вдаль. Морская болезнь отступила, от солнечного ожога кожа на шее и плечах покраснела, а воротник неудобно топорщился. Однако от постоянного тягания ведер с водой мышцы рук обозначились четче, он сбросил вес и стал значительно худее, но сильнее.
Кто-то прошел мимо Ватанабэ Ю и протянул ему жевательную резинку. В этой скукотищи маленькая пластинка жвачки заряжала моряков бодростью, и некоторые жевали ее едва ли не круглосуточно.
Ватанабэ Ю улыбнулся и кивнул в ответ. Уже несколько человек проявили к нему доброту, но пока что до настоящего моряка ему было еще очень далеко.
Он отколупал обертку и засунул в карман брюк, не собираясь выбрасывать мусор за борт, хотя прекрасно понимал, что, куда бы он ни засунул бумажку на этом корабле, она все равно окажется в море.
Даже этот кусочек жвачки во рту тоже окажется в море, и какая-нибудь невезучая черепаха или рыба проглотит его и задохнется.
Он жевал, ощущая во рту кислый вкус лимона. Давным-давно моряки брали с собой в море много лимонов, чтобы получить достаточно витаминов для избавления от цинги, гнилых зубов и грибка стопы. Теперь он смотрел на рыбаков, которые громко говорили о женщинах и богатой жизни, которой им никогда не видать, и понимал, что им не хватает чего-то такого, что не компенсировать витаминами.
Ватанабэ Ю витал мыслями где-то далеко, когда на корабле вдруг раздался сигнал к сбору, ленивые матросы поднялись, как заведенные игрушечные солдатики, и на палубе стало оживленно.
– Что происходит? – спросил Ю у проходившего мимо рыбака.
– Собирайся, – велел тот, надув из жвачки пузырь, а потом запустив ее за борт корабля, как пулю. – Скоро приступим.
– Начнем ловить рыбу?
– Не, пересядем на другое судно.
– В смысле? – У Ватанабэ Ю крутились на языке вопросы, но рыбак уже ушел заниматься своими делами.
Парень оглядывался по сторонам: на горизонте показались несколько мачт, затем зелено-белая рубка. Мимо проходил еще один член команды, Ватанабэ Ю привлек его внимание и спросил:
– Что это за корабль? Мы на него переберемся?
– Скоро узнаешь, – ответил моряк.
Его глухой голос показался Ватанабэ Ю кирпичом, засунутым ему в глотку, откуда тот ухнул прямо в желудок. Парень повернул голову направо, а там стоял Ямада и смотрел на него сверху вниз.
– Простите, господин первый помощник.
– Хочешь разузнать побольше об этом корабле? Тогда жду тебя с твоими манатками через пять минут, и я позволю тебе первым подняться на борт.
– Что? – Ватанабэ Ю сначала не понял, это он серьезно или шутит, и уставился на Ямаду, не зная, идти ему или остаться.
– Четыре минуты и сорок секунд, – отчеканил Ямада.
– Есть! – Ватанабэ Ю выплюнул жвачку в руку и быстро побежал в свою каюту собрать вещи.
Он действительно первым взошел на борт «Хаякагэ мару» [13], но от такой «чести» мурашки побежали по спине.
