- Я забыла ошейник, - тихо проговорила она, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Внезапно её щёку обожгла пощёчина. Резко выдохнув от неожиданности и боли, девушка опустила глаза, даже не думая защищаться: пощёчина была заслуженная, и Татьяна лишь прошептала:
- Простите…
- Надеюсь, это было в последний раз, - проговорил Андрей и внимательно посмотрел на девушку, - Но это – не единственное, что ты забыла.
Андрей молчал, и Татьяне не оставалось ничего другого, как шаг за шагом вспоминать сегодняшний день. Наконец она не выдержала:
- Андрей Владимирович, что я сделала не так? – звонким от напряжения голосом проговорила она, и слезинка скатилась с ресниц, оставляя влажный след на полыхающей от пощёчины щеке.
- Я разве тебя отпускал?
- Нет… - еле слышно прошептала Татьяна, понимая, наконец, в чём провинилась и ощущая, как буквально вся покрывается холодным потом от страха, - Но Вы уснули, и я подумала… - дрожащим голосом стала оправдываться Татьяна, но Андрей резко перебил её:
- Давай ты будешь делать то, что я тебе говорю, а не «думать», хорошо? – девушка коротко кивнула, и Андрей отпустил наконец её голову, ослабив руку, - А сейчас пошли домой.
Резко открыв дверь машины, Андрей вышел и стремительным шагом пошёл в сторону подъезда. Татьяна едва успевала за ним, торопливо захлопнув свою дверцу машины и на ходу уже ставя её на сигнализацию.
В лифте, пока поднимались на этаж, Андрей даже не смотрел на девушку, игнорируя её просящий взгляд, полный отчаяния и нежности.
Зайдя в квартиру, он захлопнул дверь. Несмотря на бушевавшие внутри эмоции ярости и злости, Андрей внешне оставался абсолютно спокойным, и лишь глаза метали молнии. Молча разувшись и отодвинув туфли в сторону, Андрей стал расстегивать ремень, кинув Татьяне, не оборачиваясь, короткое:
- Раком.
Тут же упав на пол и запутавшись немного в шпильках, Татьяна встала на колени, высоко подняв попку перед Андреем, широко раздвинув ноги. Это было очень унизительно: стоять на коврике для обуви.
- Если ты ещё раз уйдёшь без разрешения, то в следующий раз ты будешь стоять также, но только – снаружи.
- Да, я всё поняла… Я больше не буду… - горячо заговорила Татьяна, не поднимая головы.
- Конечно, не будешь, но сейчас ты будешь наказана.
И она услышала, как Андрей резко вытащил кожаный ремень из петличек, задрожав всем телом от ожидания наказания. Но вместо удара она ощутила лишь лёгкие прикосновения его руки: осторожно приподнимая платье, Андрей обнажал её бёдра, чуть поглаживая нежную кожу.
- Пятнадцать ударов, - тихо проговорил он, выпрямляясь, - Тебе нужно говорить, за что наказание?
- Нет, - выдохнула Татьяна, внутренне напрягаясь и ожидая первого удара. Несмотря на то, что она была готова и ждала его, боль оказалась очень острой и резкой. Задохнувшись, она лишь снова выдохнула, вздрогнув всем телом.
- Не слышу… - тихо произнёс Андрей.
- Од-ди-н… - еле проговорила Татьяна, опуская голову ещё ниже.
Удары ложились один за другим, довольно редко, давая девушке возможность проговорить номер по счёту. После десятого удара Андрей внезапно изменил скорость, и удары посыпались один за другим. Татьяна протяжно взвыла, не успевая ни считать, ни даже понимать, какой по счёту удар обрушился на её тело. Захлёбываясь слезами от боли и унижения, она внезапно поняла, что внутри всё горит от дикого возбуждения и желания отдаться Андрею прямо здесь, на пороге, на этом коврике в прихожей.
Внезапно удары прекратились, и Андрей отбросил ремень в сторону. Пряжка звонко ударилась о ламинат, заставив вздрогнуть Татьяну от неожиданности.
Всё тело бил крупный озноб от боли, а на горячее после порки бедро легла вдруг рука Андрея: она была прохладной и нежной, и Татьяна тихо застонала от наслаждения, не сдержавшись и подаваясь вперед, под эту неожиданную ласку.
- Ты разучилась считать до 15? - проговорил Андрей, нежно водя по чуть набухшей и покрасневшей коже ладонью.
- Нет… - прошептала Татьяна.
- Ты сбилась со счёта. Поэтому мне придётся начать сначала, - как бы нехотя проговорил Андрей, - Принеси мне ремень! – резко добавил он. Татьяна, едва переставляя затёкшие от напряжения ноги, направилась на четвереньках в сторону лежащего на полу ремня. Но едва она прикоснулась к нему рукой, как раздался грубый голос Андрея:
- Зубами! – послушно склонившись к полу, Татьяна крепко зажала в зубах ремень и поползла обратно. Ткнувшись в колени Андрея, девушка замерла, не поднимая головы и дожидаясь, пока он заберёт ремень.
- Умница, девочка! – довольно проговорил Андрей и нежно погладил Татьяну по голове, забирая у неё изо рта ремень, - Место! – тут же грубо кинул он ей.
Татьяна повернулась обратно и внезапно поняла, что платье, задранное Андреем в самом начале, сползло на место. Тут же раздался голос Андрея:
- Сними платье! – встав на колени, Татьяна быстро стянула платье через верх, снова вернувшись на пол, низко опустив голову.
