- Ты ничего не хочешь мне сказать? – жёстким голосом спросил он, - Знаешь, за это время я прекрасно изучил тебя и вижу, когда тебе есть, что скрывать от меня.
- Мне нечего больше сказать, - упрямо проговорила Татьяна, - У меня очень сильно изменились ощущения. И … Мне нужно разобраться в себе. Я увольняюсь. Заявление я сейчас подготовлю.
Нервно достав сигарету, Андрей тут же подкурил её.
- И ещё, - дрогнувшим голосом проговорила Татьяна, - На днях я принесу Вам оставшуюся сумму денег…
Андрей выхватил из ящика стола принесённый Татьяной утром конверт и швырнул его. Соскользнув со стола и рассыпавшись, деньги разлетелись по кабинету:
- Ты же знаешь: деньги меня не интересуют! – зло крикнул он, даже не взглянув в их сторону.
Глаза Татьяны наполнились слезами.
- Андрей, отпусти меня, пожалуйста, - прошептала она и крупная слезинка сорвалась с ресниц и упала на пол, скатившись по щеке.
- Забирай свои деньги и вали! – резко выкрикнул Андрей, отворачиваясь от девушки.
- Андрей Владимирович, это Ваши деньги, - твёрдо проговорила Татьяна, вставая с колен директора и отступая на шаг от него.
- Я сказал – забирай СВОИ деньги. Считай, это - твоё выходное пособие. Ты их - отработала, - ядовито произнёс он, окинув Татьяну взглядом, полным презрения. Ни мгновения не верил он в слова об изменившихся ощущениях. Наверняка что-то другое произошло в её жизни. Какой-то новый «Алёша» вскружил голову и...
Опустившись на колени, Татьяна стала собирать рассыпавшиеся по полу купюры, не видя их сквозь пелену слёз, душивших её. Слёзы обиды и боли. Слёзы отчаяния и бессилия: она так и не решилась признаться Андрею в истинной причине своего решения.
И снова ей невыносимо больно видеть страдания близкого человека. Но – насмешка судьбы – она снова не может ничем облегчить его страдания, не поставив под угрозу жизнь своего нерождённого ещё ребёнка. И эти деньги нужны больше ему, её малышу, и она готова ползать, собирая их, сколь бы унизительно для неё это не было.
Андрей встал с кресла и подошёл к окну, распахнув его настежь, коротко бросив ей, не оборачиваясь:
- Прощай.
Выйдя из офиса, Татьяна обернулась, бросив взгляд на окно его кабинета, в надежде увидеть Андрея ещё раз. Но Андрея там уже не было: окно было плотно закрыто...
Эпилог
Наступила осень. Деревья стояли в золотой листве, не торопясь сбрасывать свои праздничные наряды. За городом небо было прозрачнее и тишина – звенящей. В воздухе летали осенние паутинки, лёгкие и невесомые, едва различимые на фоне светло - голубого неба.
Татьяна уже давно переехала с мамой в свой домик в деревне, потихоньку обживая и обустраивая его. Деньгив, которые ей швырнул в качестве «выходного пособия» Андрей, Татьяна решила не трогать: оставив их в приданное малышу.
У неё будет сын, на последнем УЗИ врач даже показал ей на мониторе это крошечное создание, распечатав снимок ребёнка «в профиль»… Татьяна повесила чёрно-белый квадратик снимка над кроватью в своём доме, и каждый раз, проходя мимо, улыбалась своему крошке.
Андрей до сих пор снился ей, и по утрам Татьяна просыпалась в промокших трусиках, особо остро ощущая нехватку его сильных рук, нежного голоса и внимательных, проницательных глаз. Казалось, он видел её насквозь, когда смотрел прямо в глаза, а ей всё же удалось обмануть его. Сбежать. Спрятаться. Утаить самое главное счастье жизни – его сынишку…
Касаясь ладонью чуть округлившегося своего живота, Татьяна улыбается. И, потянувшись под лёгким одеялом, встаёт с кровати.
Странно. Почему-то очень сильно захотелось кефира. Не молока – её любимого напитка, а именно – кефира.
Накинув халат, Татьяна ощутила едва различимый удар в живот:
- Доброе утро, малыш! – пожурила она сынишку, поглаживая живот, - Это ты захотел кефира, да, крошка? Сейчас я тебя напою, солнышко моё!
Выйдя из спальни, Татьяна прошла на кухню, где вставшая по привычке рано мама уже колдовала что-то у плиты.
- Мам, у нас есть кефир? – не особо надеясь на чудо, спросила Татьяна, подходя к холодильнику и убеждаясь в его отсутствии там.
- Нет, дочка, откуда же? – искренне изумилась мама, - А что, ты хочешь кефирчику? – тут же подхватилась она, - Так я сейчас, сбегаю! – суетливо обтирая влажные руки и снимая фартук, заторопилась мать.
- Не надо, мамуль! Я сама. Заодно прогуляюсь! Сегодня мне после обеда выходить, так что я всё успею! – улыбнулась Татьяна.
Очень удачно, едва переехав на новое место, девушка нашла работу воспитательницы в детском саду: и малыш будет под присмотром, когда родится и немного подрастёт – в садике есть ясли, туда принимают детишек уже с годика!
И здание садика – новое, только недавно отстроенное, находилось совсем рядом – в пяти минутах ходьбы от их дома.
Едва Татьяна вышла за калитку, как взгляд её тут же наткнулся на дорогую чёрную иномарку, припаркованную у соседнего двора. Это явно был не местный автомобиль: девушка за прошедший месяц перезнакомилась уже со всеми ближайшими соседями, да и работа в садике способствовала сближению с местными жителями. Но такой машины ни у кого из них не было.
