Квартира выглядела совсем не так, как Зара себе представляла. Ничего пестрого, на вешалке самые обычные пальто и куртки, ни тебе шкур или охотничьих копий на стене, даже наоборот – постер с изображением виадука Ландвассер на Ретийской железной дороге, а из кухни вышла, окутанная восхитительными ароматами духовки, полная женщина в синем с белым полосатом фартуке, представилась как Аманда, мать Нуби, сообщила, что она как раз испекла печенье и «чин-чин», предложила Заре чаю, или лучше потом, ведь Джо в своей комнате, и он ее ждет. Нуби помогла: Джо – это отец.
Зара ответила, что с удовольствием выпьет чаю потом, а сначала лучше поговорит с Джо. Нуби постучалась в дверь рядом с кухней, приоткрыла и выкрикнула имя Зары. Мягко подтолкнула ее внутрь, а сама осталась снаружи и снова закрыла дверь.
Зара не поверила своим глазам и испугалась.
Комната оказалась совершенно пустой, здесь не было ни одного предмета мебели, ни одной картинки, а на паркетном полу сидел, скрестив ноги, человек в шортах – с голыми ногами, с обнаженным торсом. Сидел к ней задом и, не оборачиваясь, приказал:
– Come here.
Зара неуверенно обогнула его, опустилась напротив него на колени.
– Hello, I`m Sarah[27].
Человек кивнул.
В правой руке изогнутая деревянная палочка с резным узором, голова повязана тонкой кожаной лентой.
– Whom are you worried about? – задал он вопрос.
– About my mother, – ответила Зара.
– Why?
– My mother has an enemy. I was in his house. I saw this[28].
И она вытащила фотографию куклы, которую предварительно распечатала, показала. Джо взял ее в руки, долго разглядывал. Затем спросил:
– A picture of your mother?[29]
Об этом Зара не подумала. Но тут же сообразила, что у нее с собой мобильный телефон. Открыла меню, нашла среди фотографий ту, что снимала в день ее рождения на Фирвальдштетском озере, они тогда на палубе щелкали друг друга под швейцарским флагом. С помощью зума Зара еще немного увеличила портрет Изабеллы и протянула аппарат знахарю.
Джо посмотрел на портрет и на куклу, потом положил мобильник и фотографию перед собой на пол, оставив между ними небольшое расстояние, потом вытащил из кармана сахарницу с дозатором, полную обычного песка, и на обоих изображениях песком нарисовал круг. Далее он наклонился и держал голову так, будто прислушивается к картинкам, сначала к Изабелле, затем к кукле. И при этом прерывисто дышал, как будто даже стонал.
Заре все больше становилось не по себе. «Что я здесь делаю, – думала она, – что это еще за колдун?»
Прошло довольно много времени, и наконец Джо выпрямился, мокрый от пота. Положил палочку между портретами, долго ждал, а потом сказал, что за маму ей бояться не следует:
– Don't worry about your mother.
– Sure? – переспросила Зара, испытывая явное облегчение.
– Yes, – подтвердил Джо, но добавил: – It`s against somebody else.
Зара опять испугалась и почти беззвучно проговорила:
– Against whom?
– I don`t know[30].
Он тоже не знал против кого.
До сих пор Заре казалось, будто он смотрит сквозь нее в неведомую даль, но тут он устремил взгляд прямо и повторил ей:
– I don`t know. – И чуть погодя добавил: – But it`s dangerous[31].
Опасно, значит. Так она и думала.
Изабелла открыла дверь своей квартиры, где ароматно пахло пряным соусом для спагетти. Ей даже почудилось на миг, что она ошиблась дверью, она потихоньку прошла в кухню, сказав Веронике:
– Attends – подожди!
На столе лежала ее разделочная доска с ножом, а вокруг – луковая шелуха, кожура цукини, хвостики острого перца, ошметки помидоров, открытые баночки со специями, круглый кочан салата, вскрытая упаковка соуса «аррабьята», а на плите стояла сковорода. Конфорка на первом делении, соус булькает сам по себе, красный и многообещающий, пускает пузыри на поверхности, а те лопаются и оставляют цветные пятнышки на стенке сковороды. Что-то непокорное было в этой сковороде, как в ребенке, которого оставили одного, и он сам с собою играет. Изабелла выключила конфорку, повернув рукоятку до нуля, и вполголоса позвала:
– Зара!
Пошла к двери в ванную комнату, осторожно нажала на ручку, но Зары там не оказалось.
– Выглядит так, как будто готовкой занялся мужчина, – заметила Вероника, заглянув в кухню.
Ни та, ни другая еще не сняли обувь и вымокшие под дождем куртки.
– Тут могла быть только Зара, – сказала Изабелла.
Она присела, и неожиданно ее охватил страх. А вдруг этот Майер сюда явился, чтобы призвать ее, Изабеллу, к ответу, а нашел здесь Зару, которая явно хотела сделать им сюрприз в виде ужина? И что же, дошло до стычки? Или он выманил отсюда Зару? Но от нее-то он чего добивался? Изабелла знала, насколько непредсказуемым мог быть этот человек.
Или, может, он был здесь, а Зара пробралась в квартиру вслед за ним? Только бы она держала себя в руках, она иногда такая опрометчивая, просто неугомонная.
Вероника спросила, что она такое обдумывает, Изабелла поделилась: странно, как это Зара взяла да бросила готовку, остается только надеяться, что не появился Майер и не произошло чего-нибудь непредвиденного.
Но с какой целью Майер мог здесь появиться?
