Но на несколько мгновений Гермионе удалось ощутить его горячее тело, чего стало вполне достаточно. Чтобы мысленно прижаться к нему ещё плотнее.
Интересно, как бы он отреагировал на подобное.
О, да. Определённо, эта фантазия стоила того, чтобы за мгновение разозлиться на себя до стиснутых зубов.
Прекрати думать об этом.
— Ещё двадцать минут до трансфигурации, — Драко, показательно проигнорировав сжатые губы, уселся за парту, глядя на Гермиону снизу вверх и постукивая костяшками по деревянной поверхности. — Я подумал, что ты как раз успеешь рассказать мне.
Грейнджер нахмурилась. Рассказать ему?
Пергаменты наконец-то вместились в сумку, и гриффиндорка отряхнула руки.
— О чём?
Малфой закатил глаза.
— О том, что творится в твоей голове. И что ты придумала касательно этого урода… — он пощёлкал пальцами, будто вспоминая имя, а затем фыркнул, будто вспомнив. — Миллера, точно.
Забыл бы ты, конечно.
Кому нужен этот спектакль?
Гермиона смотрела на него, пытаясь вглядеться под самую кожу, чтобы понять, что он скрывал за своей насмешкой на этот раз. А затем развернулась и прошла к двери, плотно закрывая её, предварительно выглянув и убедившись в том, что коридор пуст.
Стоило вернуться к парте, как Драко тут же многозначительно наморщил лоб.
— О, прекрати это, — она отчаянно постаралась не покраснеть.
— Что?
Сама невинность. Это так бесило.
— Шевелить своими бровями. Я закрыла, чтобы нас не услышали.
— Я так и понял…
— Малфой!
Он только хмыкнул, откидываясь на лавке назад и облокачиваясь спиной о следующую парту. Это немного напряжённое ожидание в его глазах заставило прикусить губы. Оно нервировало.
Столько раз прокручивать в голове этот разговор, а в самый ответственный момент растерять все слова — это было нормально. Было бы. Если бы она не была Гермионой Грейнджер.
— Я подумала, что могу заманить Курта в ловушку.
Вот так, как на духу.
И ей вдруг показалось это всё таким невероятно нелепым и глупым, что впору было отрезать себе язык.
Малфой по-прежнему хмурил лоб.
— В чью?
Вот именно. В чью?
— Ну… — она сцепила пальцы. Покосилась на Драко. — Пообещай сначала, что не будешь беситься.
Он перевёл на неё многозначительный взгляд, который чуть не заставил опустить глаза. И прошептать:
— Я не знаю, в чью.
— Гениально.
— Нет, я собиралась рассказать это тебе, обсудить, и, может быть, мы бы что-то…
— Грейнджер. Ты же несерьёзно, да?
Она сглотнула. Упрямо выставила подбородок.
— Чёрт, только не говори, что ты сделала это.
— Я…
— Подставилась.
— Я не…
— Ты подставилась, банально подставилась, — Малфой почти зарычал, подаваясь вперёд и с силой впечатывая ладони в парту, вставая. В одно мгновение на его лице сменилось сразу несколько эмоций. Начиная со злости и заканчивая чем-то вроде… волнения. — Зачем? Что теперь?
От этого вопроса стало не по себе. Повеяло страшной безнадёжностью. Лучше обойтись без него.
Оставалось только нахмуриться и принять вид человека, уверенного в том, что делает.
— А теперь я буду продолжать общаться с ним…
— Подкатывать к нему.
Их напряжённые взгляды встретились. Драко резко развёл руками:
— Называй всё своими именами.
— Я буду продолжать
— Трахнуть тебя, — подсказал он, цедя. Но Гермиона затрясла головой.
— Нет.
— Что тогда?
— Прекрати и подумай. Я серьезно, Малфой. Когда он попытается добраться до личного, я могу соврать. То, что он обратил на меня внимание, это везение. У нас появился шанс разобраться во всём.
— Во всём? Самим? Связанным здесь по рукам и ногам?
Он фыркнул, выходя из-за парты и раздражённо запуская руки в волосы.
— Мы можем использовать то, что знаем. Ты сказал, что Логан не в курсе о том, что твоя мать рассказала тебе. А значит, и Курт не догадывается о том, что кто-либо ознакомлен со всей этой… ситуацией.
Давай, Драко. Пожалуйста, согласись со мной.
Но он только зло сверкнул глазами при упоминании Нарциссы.
Козырь.
Она внутренне задержала дыхание и осторожно произнесла:
— Это может помочь ей.
В классе зазвенела тишина. Гермиона смотрела на Малфоя почти со страхом. Выражение лица у него сосредоточенное и напряжённое, будто он что-то вычислял в уме.
Прикусил верхнюю губу, скользя взглядом по её сцепленным пальцам.
Вдруг пришло понимание, что за то, чтобы узнать мысли слизеринца сейчас, Грейнджер отдала бы многое. Потому что, судя по всему, были они не самыми приятными.
И что-то слишком важно значащими.
— Я собирался сегодня написать ей. Уже пятница. Вчера… я просто не успел.
“Не смог”, перевела для себя девушка. Кивнула.
Возможно, потому, что они не общались до вчерашнего дня. Ведь ему нужен был её дневник. Ведь он бы не подошёл к ней с этой просьбой… она бы не стала слушать. Потому что слишком сложно пытаться сосредоточиться на Курте, когда мысли о другом человеке.
— Послушай, — он поднял голову, внезапно-резко. Так, словно только что в нём что-то ожило. — Их можно контролировать.
Гермиона моргнула.
— Что?
Драко сделал шаг к кафедре. Почти рывок, елозя горящим взглядом по стенам кабинета.
