И напоследок — о приятном. Телекомпания НТВ поведала ко всему привыкшим россиянам о том, что в общественных местах в Государственной Думе обнаружены следы кокаина. Скандал, позор, расследование, отставки?.. Фигушки. Ко всему привыкшие россияне только плечами пожали и даже не сильно удивились. Ну, нюхают избранники народа кокаин. Народ глушит мозги беленькой, избранники, слава богу, в той же цветовой гамме; так что все зашибись… Дороговато, конечно, но надо же куда-то девать сто тыщ в месяц! Притом, примите во внимание психологический фон: тебе полтинник, ты мужик в цвете лет, а скоро третий год жмешь, как дрессированный котик, носом на кнопки, куда скажет Сурков. Воля ваша, в таких условиях можно работать, только предварительно нанюхавшись.
Счастья вам!
Здравствуйте! Это снова я, Виктор Шендерович и мой «Плавленый сырок». Соскучились? Я — очень. Потому что последние два месяца вместо богом положенного ремесла занимался работой общественно полезной, но травматичной — выборами в Государственную Думу. Эксперимент по пересадке отдельно взятого экспериментатора на Охотный ряд закончился в прошлое воскресенье успешно для обеих сторон: я снова с вами, а Охотный ряд — какой был, без инородного тела внутри, и в полном интеллектуальном здравии. А стране еще лучше стало: а то было там «единороссов» всего триста пять человек — теперь, слава аллаху, триста семь… Еще пару булыжничков, то есть, привязали к ногам россиян, плывущих с выпученными от счастья глазами по молочным рекам управляемой демократии к кисельным берегам полного единовластия… Ну, обо всем по порядку.
Для начала признаюсь: командировка в политику хорошо проветрила мою забитую алфавитом голову. Например, раньше я думал, что ежели в Конституции записано право гражданина быть избранным, то он может это дело попробовать, буквально никого не спросясь (кроме своих избирателей, разумеется). Но меня быстро просветили. Бывший мой товарищ, ныне — приятель Глеба Олеговича Павловского, предложил встретиться и при встрече передал, что, мол, пацаны из Администрации президента вторую неделю находятся в недоумении: то ли я совсем не знаю понятий, то ли вообще отморозился… Я, конечно, начал выяснять у товарища, что случилось. Оказалось, что я, как последний лох, случайно «зашел на их поляну» (так мне и было сказано, дословно). Оказалось, трендеть по радио (вот как сейчас) они мне, по широте своей душевной, позволяют (я-то, опять-таки, думал, что это мне Конституция позволяет, но оказалось, никакая не Конституция, а именно пацаны из Кремля). Так вот, трендеть по радио мне, стало быть, пока еще разрешается, но политика — это их «поляна», и всякий, кто на эту поляну заходит, должен с ними договариваться по этим их «понятиям». Что мне и было предложено сделать да поскорее. А чтобы я договариваться не пошел, а побежал, мне было специально разъяснено, что вообще, в принципе, в этой самой президентской Администрации ко мне относятся неплохо, но в частности — там есть разные люди… В том числе такие, которым только дай устроить какую-нибудь уголовщину, по их первой специальности… Короче, весь вечер потом я был страшно благодарен бывшему приятелю, ныне посыльному из Администрации, и всю ночь потом мне снилось, что я ползу на брюхе по их «поляне» и ем с руки депутатскую пайку, и я был почти счастлив. Но под утро приснился мне совсем другой, чудный сон: приснилось, что я живу не в воровской «малине», а в демократической стране. И я подал заявление в милицию. И тут же начал узнавать о себе удивительные вещи…
