В Пресненском суде Москвы началось рассмотрение беспрецедентного иска к Министерству обороны жителей чеченского селения Бороздиновское. Они хотят взыскать с министерства 126 млн рублей в качестве моральной компенсации за «зачистку», проведенную в селении бойцами спецбатальона «Восток».
Нет, просто удивительно, до чего бесстыжие встречаются люди! Ну, я понимаю, убивали бы их, пытали, похищали и жгли их дома какие-нибудь ужасные незаконно-вооруженные басаевцы! Но в селение Бороздиновское зашел (и все то же самое с его жителями сделал) спецбатальон Минобороны «Восток», руководимый Героем России Сулимом Ямадаевем, братом депутата Госдумы России Руслана Ямадаева. Да это ж какая честь для простого чеченца! Радоваться надо! Благодарить и просить еще! Но не понимают люди своего счастья — ходят, сутяжничают, дошли вот до Пресненского суда Москвы, правосудия хотят. Ну, правосудия у нас — полный мешок, что на Пресне, что на Каланчевке, девать некуда! Следствие внимательно изучило материалы дела — и склонилось к вот какой убедительной версии: «ямадаевцы» надавали жителям селения легких профилактических тумаков в процессе проверки паспортного режима — и мирно ушли… А потом в Бороздиновское вошли какие-то неизвестные суду бандиты, и начали жечь и убивать! То есть, бандиты в Чечне, надо так понимать, ходят по местам боевой славы спецбатальона «Восток» — и доделывают то, что те недоделали. Теперь перед Пресненским судом лежит два пути для свершения правосудия: либо отправить из белокаменной ни с чем, восвояси, сорок пожженных, избитых и униженных чеченцев из Бороздиновской, либо именем Закона выступить против Министерства Обороны, Героя России Ямадаева и его брата, депутата Госдумы от «Единой России». Как вы думаете, как поступит Пресненский суд? Берем минуту — или есть досрочный ответ?
Защита стабильности — ключевая задача всех веточек всякой власти, но тут, конечно, следует различать подробности. Потому что (я уж говорил как-то) есть стабильность жизни — когда все желтеет, опадает, снова зеленеет, и растет, и развивается… а есть стабильность морга, когда все лежит на своих полочках, холодненькое такое, с бирочками на ногах. Тоже своего рода порядок, конечно… Какая именно форма стабильности ближе нынешней российской власти, даже и спрашивать неловко.
Выступая в минувшую среду в Государственной Думе, генеральный прокурор России Юрий Чайка предложил дополнить Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» возможностью в судебном порядке признавать информационные материалы экстремистскими в тех случаях, когда они являются анонимными или изданы на территории других государств.
Вы, может, подумали, что Чайка, говоря об экстремизме, озабочен пресечением пропаганды фашизма, классовой и национальной розни, да? Это было бы славно, но только совершенно непонятно, причем тут тогда анонимность и иностранные государства? Книжные лотки с погромными книгами — вот они, в двух шагах от Генпрокуратуры! — изданы в России, подписаны полными именами авторов и издателей… На родине Гитлера каждый такой лоток тянет сегодня на три года тюрьмы, а у нас — полным-полна коробочка, есть и ситец, и парча… Бери да сажай. Но кажется, наш Генпрокурор, говоря об экстремизме, что-то совсем другое имел в виду…
Ну конечно. Заглянем для ясности в приговоры судов, вспомним: кто у нас нынче экстремист? Да вот же они все, голубчики! Директор музея Сахарова в Москве, издатель газеты «Правозащита» в Нижнем Новгороде, независимая журналистка из Вологды… Вот откуда, а точнее, вот куда стабильно дует правоохранительный ветер! Вот к чему тут иностранные государства! «Human Rights Watch» какой-нибудь потребует прекратить пытки, или «Гринпис» наедет, или с Украины поступят подробности о том, как «кремлевские» братки, через тамошние подставные фирмы, пилят промеж собой наши газовые денежки… — тут-то мы экстремизм и пресечем! Или пожалуется на беспредел какой-нибудь несчастный с Кавказа — анонимно, чтобы не вырезали вместе с семьей, как уже случалось делать Российской Федерации… Газета какая-нибудь это напечатает — мы ее и закроет за экстремизм! А к сайту, в котором вниманию «участников боевых формирований» националистов предлагаются фамилии, адреса и телефоны «врагов русской нации» — даже после гибели Политковской ни у ФСБ, ни у прокуратуры никаких вопросов нету. А впрочем, конечно! Если фашисты сходятся в оценке Политковской с президентом России — какие могут быть вопросы у прокуратуры?
Работа с прессой вообще наше сильное место. Вот — что умеем, то умеем!
