Отчетный праздник наступил на нашей улице очень кстати: 90-летие ВЧК, удачно склеенное с прошедшим 30-летием Дзержинского… Это немцы все никак не соберутся отпраздновать юбилей гестапо (стесняются, дурачки); вот и день рождения Гиммлера опять прошел у них необмытый… А уж мы погуляем так погуляем! Праздничный концерт в прямом эфире по каналу «Россия»; гимн, Медведев крупным планом, Путин по пояс в трибуне… А текст — полвека долой! Кстати, если вы ждали к девяностолетию первого террора каких-то рефлексий, то пойдите и охолоните! Ни тени! Рыцари без страха и упрека; гордость нации! Горячее сердце, чистые руки, холодные ноги… Нет, вру — холодные ноги были у штабелей трупов — на Соловках, в Перми, Колыме и прочем родимом освенциме, размером с десять германий, а у чекистов холодной всегда была — голова! Ноль по Кельвину. М-да… Но вернемся к празднику. Тут все было с большим вкусом. После Хворостовского на разогреве, чекистам спели Патриция Каас и группа «Скорпионз». Видать, у нас с финансированием дело обстоит лучше, чем у них со вкусом. Но самое верхнее до — еще до концерта, на открытии соответствующей выставки, взял директор музея Отечественной войны Александр Заборовский: «Органы ВЧК, — сказал, — всегда демонстрировали нравственную чистоту, и мне отрадно, что ФСБ является славным преемником этой организации». Золотые ваши слова, г-н Заборовский! Особенно насчет нравственной высоты. Высота такая — аж дух захватывает. Железный Феликс, правда, не дожил до дележа нефтянки, но в остальном — как начали оттягиваться в восемнадцатом, так до сих пор не затормозим. Тему продолжит мой друг, поэт-правдоруб Игорь Иртеньев.
Свой юбилей чекисты отметили очередной победой над врагами России! На сей раз враг маскировался под симпатичную молодую особу по имени Наташа Морарь. Усыпив бдительность милиции, эта Морарь, будучи гражданкой Молдавии, проникла в самое сердце России, и, получив вид на жительство, начала терроризировать администрацию своей журналистикой… Администрация терпела-терпела, да и не вытерпела. Чемодан — вокзал — Овидий!
На минувшей неделе приказом центрального аппарата ФСБ корреспонденту журнала The New Times Наталье Морарь был запрещен въезд в Россию — как было официально объявлено, на основании ст.28 федерального закона «О порядке выезда из РФ и въезда в РФ».
Плюньте в глаза тому, кто обвинит Россию в негостеприимстве! Нам люди нужны. Была бы Морарь проституткой — разве ж мы бы ее выгнали? Да ни в коем разе! Плати «ментам» и работай на здоровье! Молдаване не грузины, мы против ничего не имеем… Штукатурь, вкалывай за бесценок на стройках жены старика Батурина — святое дело! Но злостная Наташа Морарь вместо всего этого закончила исподтишка соцфак МГУ и пошла в журналистику, и давай писать — про «черные предвыборные кассы» Кремля, про коррупцию на Лубянке… Ну, юбиляры, доблестные рыцари щита и меча, и приняли меры! Тут, действительно, выбор небольшой: либо выкинуть прочь всех, кто про это пишет, либо тикать отсюда самим. Потому что когда слух о чекистских кренделях дойдет до населения по настоящему — за шею краном начнут поднимать уже не каменного юбиляра Дзержинского, а кого-нибудь поменьше ростом и не из поляков… Короче, избавили Россию от Наташи Морарь! И заметьте — в полном соответствии с законом! Там же, в этой 28-й статье, русским языком сказано: въезд в страну иностранному гражданину не разрешается, если «это необходимо (…) в целях защиты здоровья населения». А населению знать про коррупцию в Кремле — ужасно вредно для здоровья! Некоторые (как Юрий Щекочихин) вообще погибли, когда пытались узнать про это дело подробнее. Так что Наташе Морарь, считай, повезло! Всего лишь вытурили из страны.
Знаковой коррупционной темы не миновало и интервью Путина журналу «Time», данное по случаю признания его Человеком года. Человек года в очередной раз промыл Западу глаза борной кислотой.
Отвечая на слова корреспондента журнала «Time» о том, что некоторые весьма приближенные к Путину люди обогатились за счет коррупции, российский президент предложил ему написать заявление в Министерство иностранных дел Российской Федерации или в прокуратуру. Путин заверил, что реакция будет (цитирую) «быстрой, просто незамедлительной, и в рамках действующего в России законодательства».
