— Как спалось? — поинтересовался Блондин, начисто проигнорировав мою язву в свой адрес и не отрывая взгляда от монитора.
— С чего это ты задаешь подобные вопросы в такую рань? — отозвалась я, переворачиваясь с живота на спину и принимая относительно горизонтальное положение на постели, то есть, по привычке усевшись по-турецки. Широко и с наслаждением зевнув, я потянулась к тумбочке за телефоном. В пределах видимости оказался почему-то капитанский черный, но мне как-то все равно, на чем смотреть время.
Ого, уже одиннадцать утра?
— Тебе должно быть стыдно. Ты отвесила мне хорошего такого пинка где-то час назад, потому я и проснулся, — сообщил мне Мика, улыбнувшись. Он по-прежнему смотрел на монитор, а я непроизвольно смотрела на него. Мне удобнее так делать, когда мы не пересекаемся угрюмыми или насмешливыми взглядами. Все намного проще, когда мы не обращаем друг на друга внимания…
— Это тебя небеса карают, — хмыкнула я.
— Ага, тобой и покарали, — согласился Мика и посмотрел прямо на меня. Для одиннадцати утра выглядел он очень даже мило и безобидно, что меня очень удивило. Ни тени насмешки или иронии, а так же полного безразличия — впервые за много лет, а помню я его давно, взгляд Каллахена никогда не был настолько спокойным и притягательным, как сейчас. Так на меня могли смотреть хорошие знакомые, но никак не Блондин.
Может, до него еще не дошла мысль, что это я проснулась?
— Я смотрю, на тебя благотворно этот Волшебный Пинок подействовал. Обращайся, всегда готова помочь, — усмехнулась я, приглаживая встрепанные после сна волосы. Как обычно, короткий ежик на затылке уже топорщился во всевозможные стороны, теперь его только вода и мусс вернут в обычное и относительно приличное состояние.
— Да я не сомневаюсь, что отвешивать мне пинки ты готова просто так и без повода, — кивнул Мика, вновь возвращаясь к лицезрению монитора и щелканью по клавишам.
— Ты опять выставляешь меня какой-то неуравновешенной, — фыркнула я беззлобно, потихоньку планируя уже слезать с кровати и идти умываться.
— Нас тут двое, и мы можем говорить друг другу правду, а неуравновешенной ты сама себя назвала. Для меня ты просто дурочка…крашеная.
Он даже глаз от монитора не поднял, продолжая быстро и резво печатать что-то, периодически щелкая мышкой.
— Маменькин сынок, — отозвалась я привычно, а Мика громко усмехнулся в ответ.
— Так как вчера все прошло с рыжим?
— Тебе так интересно? — я приподняла брови.
— Слушай, я же сказал тебе про блондинку!
— Сказала же, что все было хорошо. Этого достаточно, — улыбнулась я, скорчив рожицу. В ответ в меня полетела пластиковая коробочка из-под диска, от которой я легко увернулась, рассмеявшись. — Парни не обсуждают между собой свои свидания, между прочим — а поскольку единственный рабочий член у меня, я могу об этом не распространяться.
— Еще как обсуждают! — возмутился Мика в ответ.
— Я бы с тобой не рискнула это обсуждать, — поддела я его. — Так что отстань и продолжай свое общение с детишками, а мне некогда.
— Ну вот, ты как всегда хмурая. Детка, дай мне номер этого рыжего, я ему расскажу, что надо делать с девушками, чтобы потом они становились милыми и добрыми… — Каллахен насмешливо посмотрел на меня, улыбаясь как Чеширский кот. Сказать по правде, эта улыбка бывает у него редко. — Хотя в твоем случае я не уверен, это хроническое, — добавил он немного погодя.
— Это у тебя хроническое, и связано с отсутствием мозгов как таковых, — фыркнула я в ответ, показывая ему средний палец. — Как можно быть настолько озабоченным?
— Я о тебе, между прочим, беспокоюсь! — возмутился Мика. — Это не озабоченность.
— Это уже не озабоченность. Это извращение, — согласилась я, соскакивая с кровати и направляясь в ванную. “Ничего ты не понимаешь!” — завопил мне вслед Мика, и я рассмеялась в ответ уже в коридоре, шлепая босыми ступнями по прохладному полу.
Я могла понять Мику — с мужским ограниченным умом, он мог резонно думать, что у меня может быть паршивое настроение из-за отсутствия личной жизни как таковой. Впрочем, это, безусловно, тоже влияет на настроение, но не настолько же! В этом плане отсутствие или наличие бойфренда на меня абсолютно не действует. Я могу быть более раздражительной и просто так, и от банальной усталости.
Мужчины…
Когда я спустилась на кухню за привычным кофе на завтрак, там уже работал телевизор. А на разделочном столе у холодильника символично лежали яйца, молоко и прочие прелести для вкусного и полезного омлета для одной нахальной личности. В этот момент она вновь восседала на столе и резво болтала ногами в воздухе. Впрочем, эта личность кроме омлета предусмотрела еще кое-что — и рядом с ним стояла ароматная и манящая кружка свежесваренного кофе, на которую, признаться, я сначала и внимания не обратила.
— Опять?! — перекрестив капитана еще от холодильника, я притворно схватилась за сердце. Мика в ответ громко расхохотался и протянул мне кружку с кофе.
— Я сделал в обмен твой отвратительный кофе, — сообщил он, ткнув в кружку пальцем.
