Пока я дегустировала кофе, Блондин молчаливо поглощал ярко-красное яблоко, утащенное из большого блюда с фруктами посередине стола. Яблочную шкурку он либо по привычке, либо из соображений чистоплотности срезал ножом, а я, покончив с кофе, стащила ее у него из-под руки. Спрашивать об этой его привычке не хотелось, на мою кражу Мика внимания не обратил, и мы так же смотрели “Джетикс”, как пять минут назад. Я криво улыбнулась, отправив в рот очередную спирально срезанную кожуру, с сожалением подумав о том, что мне еще и условия спора выполнять. Хорошо, что я вовремя согласилась на поцелуй в щеку, как селезенкой чувствовала. Хотя, зная мою не менее излишнюю самоуверенность, Каллахен мог и попросить чего похуже, но почему-то согласился на такую ерунду. С чего это он?
— Ты сегодня останешься у Рыжего? — первым спросил Мика, прицельно зашвырнув огрызок в мусорную корзину. Попал, баскетболист все-таки. Не зря стипендию получает. Я в ответ только кивнула, даже огрызаться на прозвище Ника не стала. — Утром как разберемся? Нам надо хотя бы и вернуться вместе… И завтра этот вечер еще… — проворчал Мика, подпирая стол задницей. — Джес все утро трещала, что записала вас на три часа в салон красоты. Ты в курсе?
— Она мне говорила, — кивнула я, не отрывая взгляда от экрана телевизора. — Давай утром созвонимся и договоримся, где встретимся. Думаю, раньше одиннадцати мы оба не проснемся, поэтому как раз вернемся сюда к обеду. Кстати, хотела спросить: ты что, костюм с собой привез, или я временно ослепла и не видела, как ты посещал магазин?
— Ослепла, — хмыкнул Мика в ответ. — Магазин я не посещал, сюда портной утром приезжал на примерку. Во вторник. Ты тогда спала задом кверху и атомную войну не услышала бы…
— Ну, я хотя бы не храплю.
— Я не храплю!
Я злорадно рассмеялась, поднимаясь с насиженного места. Мика обиженно фыркнул, махнул рукой и отвернулся, глядя в окно во внутренний двор с бассейном.
— Хочу в океане поплавать, пойдешь со мной? — предложила я, задвигая стул бедром и собирая грязную посуду со стола. Одной мне идти было лениво и скучно, а Каллахен хоть какая-никакая компания. Пусть язвительная, бурчащая, несносная — но компания. Уже привычная, честно сказать.
Мика даже соизволил повернуть свой лучезарный лик в мою сторону — и удивлено приподнял брови:
— Я не ослышался?
— Дурак, — огрызнулась я, направляясь в сторону мойки с двумя грязными кружками, тарелкой и со стаканом сока. — Мало ли, вдруг тебе тоже хочется… — так неоднозначно прозвучало, что и я, и Блондин синхронно усмехнулись. — Поплавать, я имею в виду. Каждый думает в меру своей испорченности.
— Ну-ну, — закивал тот, улыбаясь одними уголками губ. — Уж чья бы корова мычала, Джейсон. Сама наверняка вечера ждешь.
— А это уже не твое дело, жду или нет, — отмахнулась я, покосившись на Мику. — Что это с тобой? Завидуешь?
— Было бы чему завидовать… — насупился Блондин, сморщив нос. — Идем на пляж. Надо только взять полотенца, я хочу погреться на солнышке, а то вернемся бледными как вампиры.
— Почему “как”? — переспросила я, ополаскивая грязную посуду в мойке. — Ты пока отыщи полотенца и прихвати крем, а то мое королевское высочество станет красным как вареная креветка уже через полчаса, — отдала распоряжения я. На удивление, Мика лишь кивнул в ответ и сообщил, что на шезлонгах как раз есть два чистых полотенца. А крем он возьмет у Джес, чтобы не подниматься за ним в спальню.
Так что спустя пять минут мы уже шагали по пляжу к океану. Наплескавшись в прохладной соленой воде, я выбралась на берег и растянулась на полотенце, подставив солнцу спину. Блондин все еще бороздил просторы где-то вдалеке. Когда он выбрался на песок, я уже успела разомлеть на солнышке и практически задремала, уткнувшись носом в скрещенные руки.
— На тебя там акулы не охотились? — лениво спросила я, не открывая глаз.
— Тут есть акулы? — переспросил Каллахен удивленно.
— Ах, это все мои милые невинные мечты… — подперев рукой подбородок, я снизу-вверх уставилась на Мику, обсыхающего после купания. — Не обращай внимания.
Тот глухо хмыкнул, окинув меня насмешливым взглядом.
— Раз стоишь без дела, намажь мне спину. Твои моральные принципы не пострадают? — вопросительно уточнила я, болтая в воздухе ногами. — А то буду завтра красная…
— Ладно-ладно, только не надо больше про креветок! — перебил меня Мика, вскинув руки в сдающемся жесте. — Куда ты засунула бутылочку?
— Под твоим полотенцем.
— Что оно там делает? — возмутился тот, топая мимо меня к своему лежачему обиталищу.
— Лежит. Не обниматься же мне с ним, в конце концов. А ты все равно там касатку изображаешь в прибрежных волнах. Кстати, серфингом не думал заняться?
