Две лошади, пользуясь моментом, принялись пробовать на вкус местную зелень. Хозяева к скакунам относились с должным вниманием, оплачивая в каждой придорожной таверне и сухое стойло, и торбу с ячменем или охапку отменного сена. Но свежая, нетронутая дорожной пылью трава — это тоже хорошо. Особенно, если хозяева никуда не торопятся.
А хозяева и в самом деле никуда не торопились. Стройная девушка в слегка пропыленном дорожном костюме из тонкой чёрной кожи уже полчаса сидела на нагретом солнцем камне и смотрела вдаль, словно пытаясь разглядеть там нечто очень важное. Её спутник был занят вещами более прозаическими — на чистой тряпице уже были разложены ломти хлеба, куски острой копченой колбасы, сыр и горка спелых фруктов. В настоящий момент мужчина пытался открыть глиняную бутыль с вином — кто бы ни закупоривал посудину, сделал он это на совесть. Проиграв борьбу с неведомым виноделом, мужчина плюнул, достал кинжал и одним резким движением срубил горлышко бутыли вместе с пробкой.
— Не лучшее решение, — хмыкнула Таша, не оборачиваясь. — Теперь придётся выпить всё, не пропадать же добру.
— Жильё недалеко, — пожал плечами Блайт. — И уверяю вас, Таша, от столь незначительного количества вина я не выпаду из седла.
— Красиво здесь… тихо…
Он кивнул — волшебница явно не нуждалась в ответах.
Казалось, что время вокруг остановилось. Ещё недавно жизнь их была наполнена событиями — орденское посольство, звон клинков, аудиенция у Императора, подписание важных и не очень документов, тягостные встречи с леди Танжери. Осторожные беседы, намеренно сделанные намёки и «случайно» обронённые реплики, тщательно взвешенная правда и старательно завуалированная ложь — в общем, всё то, что принято называть дипломатией. В этой тонкой науке Таша была сущим ребёнком, часто одной-двумя фразами разрушая то, что до этого приходилось строить два-три дня подряд. Выслушивая нотации Блайта, девушка злилась, расстраивалась, срывалась на крик — но, как правило, на следующий день как-то оказывалось, что пару-тройку из полученных рекомендаций она запомнила.
В целом, исходом посольства Блайт был доволен. Если бы не природная подозрительность, свойство, совершенно необходимое как Консулу Тайной Стражи, так и любому человеку, твёрдо намеренному выжить в этом мире, Блайт вообще бы решил, что леди Рейвен (не без его помощи) добилась полного и неоспоримого успеха. Сама она именно так и считала. Разочаровывать свою прекрасную спутницу Ангер не стал, да и придраться, собственно, ему было не к чему. Так… ощущения одни, но они — не доказательство.
Что бы ни задумал Император и его временно верный слуга Юрай Борох, планы эти пока что не шли вразрез с пожеланиями арГеммита. Пройдут три месяца — ничтожный срок для столь серьёзного начинания — и в защищённой крепостными башнями бухте Блута начнёт формироваться эскадра. Если миссия леди Верры оказалась столь же успешной, то Индарский флот уже ползёт вдоль восточного побережья Империи, распугивая пиратов и вселяя в сердца торговцев, выбравших водные пути, уверенность в завтрашнем дне. Ведь только сумасшедшие, вроде адмирала Родана, рискнут затевать морской разбой под носом у индарцев, чья ненависть к корсарам уступает лишь орденской. Но адмирал Родан, да разойдутся доски в трюмах его кораблей, сейчас озабочен другими проблемами, а остальные не настолько сильны, чтобы далеко уходить от Южного Креста.
Ангер вздохнул, понимая, что экспедиция будет непростой. Идея арГеммита объединить
