Я курил и смотрел на сгоревшие квартиры. Я думал о всяком дерьме: пришел кризис, денег снова не будет, сколько ни работай. Оса просила купить ей дорогой комп – тысяч за 150, что ли. С ним она смогла бы брать заказы на монтаж и работать дома.
А я хотел любви, правда. Настоящей. Блядский улей – это штука, от которой устаешь.
Я заебался и был зол всё время, почти безотчетно. А когда я злой, я хочу трахаться.
– Ты не понимаешь, что у нас проблемы? Ты трахал меня насухую последний месяц, – сказала однажды Оса.
– Старушка, это у тебя проблемы – смазки мало.
Хотя «проблем» не было – мы просто нахуй не сдались друг другу, так это называется.
Только поиски. Странные, надоевшие поиски. Они притягивались, как возмездие. Нельзя только понять точно: за что же?
Мы даже в магазин не могли съездить нормально. Однажды отдали машину в мойку и спокойно поели суши – была у нас такая славная традиция. После мойки решили скататься в гипермаркет. Нормальная такая пара: пожрали, тачку помыли, че-то купили, кино посмотрели… все как у всех. Нет. По дороге в гипер увидели деда, который брел в странном направлении и необычном месте – между широких отбойников оживленной трассы. Конечно, дед с потерей памяти. Конечно, надо ему помочь, отвезти его домой, вызвонив его дочь, обнаружив ключи у него в кармане.
Меня это раздражало. Перестать замечать их, пропавших, невозможно, пока ты в теме.
Решив историю с дедом, мы вернулись домой, и, пока я ставил пиво в холодильник, раскладывал овощи и прочее, Оса успела посмотреть в чатик.
– В лесу две тетки пропали. Поехали?
– Нет.
– Это мои знакомые.
– Здоровы?
– Да.
– На связи?
– Да. Сидят у ручья.
– Одеты?
– По погоде.
– Температура ничего, +7 ночью, переживут, утром выйдут.
– Нет, поехали.
Бля, ну правда, ну вот никак иначе.
Поиск простой, как кажется вначале. Да и в конце. Координировать взялся Отари, спасибо ему, что был ближе, иначе бы Оса кордила.
Отари редко пускался в лишние споры. Имея всего 3 группы, двум он разрешает идти по придуманным ими маршрутам. Я и Оса, а еще группа Гущина заходим в лес далеко от точки входа, километрах в трех, и идем проверить ручьи, которые можно было разглядеть на спутниковом снимке.
Потеряшек мы начинаем слышать через 20 минут. А через 30 минут – перестаем. Какая-то чертовщина.
Гущин докладывает, что, находясь в километре от нас, слышит звук с северо-востока. Мы находимся западнее, но слышим звук – с северо-запада. Типа 90 градусов разницы в направлениях – ничего себе.
Ручей уперся в бобровую плотину. Как известно, эти зубастые твари занимают огромное пространство – по 300–400 метров вдоль русла, с несколькими хатками. Обходить всё это, тем более насквозь, всегда проблематично.
Решив пробить наш вектор по прямой, мы заходим в болото (пространство воды по колено) – это, как потом выяснилось, верховья владений другой бобровой семьи, старшего поколения. Эти твари заболачивают место, а потом выгоняют своих детей из дома – и дети ползут вниз по течению и херачат свои хаты ниже родительских…
Некоторое время мы пытаемся это болото преодолеть – и снова слышим потеряшек, уже с востока. Это греет. Но прямо посреди болотца звук опять уходит.
Я закуриваю, стоя в воде. Оса стоит рядом, хлюпая короткими сапогами, в которые уже затекло немало воды.
– Забродники бы, – вздыхает она, глядя на луну. – Докурил?
Сделав пару шагов, мы снова слышим пропавших. Оса, приободренная, как веселая охотничья собака, несется на восток – и через пару часов мы выводим пропавших на опушку.
Я думаю о том, что это пиздец как странно: два здоровых, нормальных человека прутся в лес, осенью, в холод и сырость, и там застревают. Мы с Осой и были этими людьми.
Ей-богу, нихуя нет непонятного и неизвестного в психике маньяков. Всё давно исследовано. Ну, разве только что он не попытается удивить, намеренно и зло, кого-то знающего. Тут еще возможны фокусы. Но если это банальный насильник – Господи, правда, ты вообще старался, когда создавал их такими одинаковыми и тупыми детьми? Знаю, что не старался, проебал ты тот денек. Но, чтобы их не ловили тут же, на месте, ты создал другую силу – еще более тупых и одинаковых ментов. Всех соперников ты отмеряешь по их способностям.
Нет лучше развлечения декабрьским вечером, чем отправиться на поиски молодой девушки в парк. На подъезде к этому мрачному местечку – в глубине которого находятся карьеры, где в девяностых топили бизнесменов с зацементированными намертво в тазике ногами, – Оса добавляет огоньку: «Штапииич, да это ж шоссе из “Шоу экстрасенсов”. Тут “мертвая невеста” ходит».
