Он уже отчетливо видел шагавшего рядом с Файму Льяти - это сочетание очень светлой кожи и длинных черных волос трудно было не узнать. В груди у него снова ёкнуло. Черт знает, как к ним всем отнесутся Маахисы, - но его лично Льяти вполне мог убить. Броситься на него с таким желанием, по крайней мере. Димка вспомнил их первую драку-знакомство... и невольно проверил, как ходит в самодельных ножнах оставленный Вадимом меч. Короткий, да, - но тоже из очень острой стали...
- пробормотал стоявший рядом Борька и Димка невольно покосился на него. Он не был уверен, что Киплинг написал именно это, но стих был уместен в этой ситуации. От "Максима" он сейчас не отказался бы. Или, на худой конец, от "парабеллума". Но ни того, ни другого у него, к сожалению, не было. Димка вновь проверил, как ходит в ножнах меч - фигня, честно говоря, но куда лучше обычных тут копий с кремневыми наконечниками, а то и вообще без них...
Последние минуты ожидания оказались очень неприятны. Димку так и подмывало самому броситься в атаку - просто чтобы оборвать его - и он с громадным трудом сдерживался. Противно всё же, когда такое важное решение зависит не от тебя, а от чужой прихоти, а то и от чего похуже...
Бросаться в атаку Маахисы всё же не стали - остановились метрах в десяти, разглядывая их. Правда, всё же развернувшись цепочкой - может, лишь для удобства обозрения... а может, и не только. Глаза у них были удивительного темно-синего цвета, словно чистое вечернее небо. Ярче даже - казалось, что их радужка сияет сама по себе. Волосы черные, с удивительным отливом, словно присыпанные золотой пыльцой. Кожа чисто-золотая, светлая или темная, разных оттенков. Да и вообще, Маахисы были рослые, очень поджарые, но притом вовсе не тощие. Даже очень выпуклые в... определенных местах, если говорить о девах. Самая рослая из них, конечно, была Файму, главная в их племени. Она была старше приснопамятной "Аллы Сергеевны" - на вид добрых лет шестнадцати, одетая лишь в какой-то смешной передник на шнурке, совсем не скрывающий широких, с вызывающим изгибом бедер, и, ясное дело, в обязательные для девчонок бусы. Лицо у неё было короткое и широкое - в самый раз под длинные, далеко посаженные глаза, внимательные и синющие. Небольшой, плоский, очень аккуратный нос, пухлые, насмешливо изогнутые губы, очень красиво очерченные... Небольшие, округлые, очень аккуратные ушки, дерзко торчали из-под спутанной крупными кольцами металлически-черной, отливающей золотом гривы. Она широким куполом обрамляла лицо и падала ей на спину, доставая до изгибов бедер.
Даже для своих шестнадцати лет дева была рослой и крепкой. Мальчишка вдруг смутился и опустил взгляд. Пупок у Файму был похож на круглую кнопку - рука так и тянулась нажать... но в руке у неё было копьё с ярко блестевшим мечом-наконечником, на поясе - длинный нож. Даже кортик, скорее. Рядом с ней стоял мальчишка лет десяти на вид - худощавый и гибкий, точно так же одетый лишь в бусы и передник на шнурке. И грива волос у него была точно такая же, разве что покороче - всего-то до плеч. На боку у него, правда, на том же шнурке висел нож. Явно фабричный, если судить по пластмассовой рукояти. Нож этот смотрелся на пацане откровенно смешно - но в нем самом ничего смешного не было, смотрел он пристально и неприятно...
Остальные Маахисы тоже были вооружены нехило - копьями, только наконечники на них оказались не стальные, а из когтей хорошо знакомого Димке
При других обстоятельствах встреча могла получиться и не такой уж неприятной... но рядом с Файму стоял Льяти - тоже с кремневым ножом на поясе, с дорожной котомкой за плечами. Новый лук он себе так и не сделал, но в руке у него было грубое копьё, просто палка с обожженным на костре остриём. Правда, и такой здесь вполне можно убить, подумал вдруг Димка...
