Племя вихреногих-3 (СИ) полностью

Когда до берега было уже метров сто, шесты перестали доставать до дна и плоты замерли. Вдруг Димка заметил скользящие по берегу низкие темные силуэты. Змееволки! Твари всё же прорвали Границу и ворвались в Ойкумену - чего не бывало ещё, наверное, никогда. А за ними неспешно двигался массивный длинноногий гигант, в котором Димка без труда признал ри`на. Сердце у мальчишки ёкнуло. Промедли он всего какую-то пару минут - и...

Змееволки метались туда и сюда вдоль кромки прибоя, выли и тявкали, явно досадуя на упущенную добычу, но всё же, к громадному облегчению Димки, не решались бросаться в воду - плавать они, похоже, не умели. Чудовищный ри`на же, который мог запросто растоптать все плоты, двигался как-то неуверенно - верно, не знал, что делать за пределами привычного леса, а потом и вовсе повернул на север.

Мальчишка с облегчением перевел дух. Случайно или нет - но они отбыли буквально в последний миг. На берегу двигалось ещё что-то мелкое - скорей всего, пресловутые калты, изрядно истрепавшие нервы всем, кто бывал в лесу, но отсюда в сгущавшихся сумерках их уже не удавалось разглядеть. Наверное, и к лучшему, решил Димка.

- Паруса! - между тем звонко крикнул Игорь.

На каждом плоту мальчишки потянули за торопливо сплетенные веревки. Привязанные к реям толстые рулоны с шелестом развернулись, превратившись в квадратные паруса. Ветер, к их счастью, был западный, ровный и сильный. Плот ощутимо качнулся, потом у его края появился маленький, но вполне заметный бурун. Теперь плоты плыли сами - пусть и со скоростью медленно идущего человека. Шесты полетели на "палубу", мальчишки, облегченно гомоня, расселись на бревнах. Теперь на ногах осталось лишь по двое с каждой стороны плота. Ловко орудуя рулевыми веслами (на самом деле, просто крепкими шестами с привязанными к ним кусками толстой коры), они направляли плоты к югу, в обход пологого изгиба берега. Всего два или три дня при таком попутном ветре - и они будут в Столице. А там...

Димка, повернувшись, посмотрел назад - туда, где во всю свою мощь полыхал закат. Он был поразительно красив - над горизонтом парили широкие полосы малинового, желтого, зеленого свечения, словно невероятная лежачая радуга. На фоне радужного сияния громоздились далекие грозовые тучи. Окаймленные багрянцем, они отбрасывали в небо огромные лучистые тени. В них, едва заметно, трепетали вспышки молний. Над лесом, очень далеко, из коричнево-алых туч вздымался рыжевато-темный силуэт западного горного хребта. Гор Безумия, как их тут называли. Не даром называли, как убедился Димка. Но Великий Восточный Поход всё же начался, и он знал, что видит их в последний в жизни раз. Эта глава их истории закончилась.

Когда собирается молодость мира,

То вся пионерия тоже в строю.

От белой Чукотки до синего Крыма,

Повсюду, где горны заря протрубила -

Отряды встают!

Солнцу - не гаснуть,

Звёздам - не меркнуть,

Если мы Землю согреем дружбой,

Солнечной дружбой своей!

Когда собирается юность планеты,

То крепче нам верится в нашу мечту.

Пусть видят все дети на всех континентах

Высокое небо в лучистых рассветах,

А Землю - в цвету!

Когда собирается звонкая юность,

То песни призывные льются кругом.

Чтоб каждое сердце в ответ встрепенулось,

Чтоб счастье всем людям в глаза улыбнулось,

Войдя в каждый дом!

Константин Ибряев

- Эй, соня! Подплываем!

- А? - Димка дернулся проснувшись и ошалело уставился на толкнувшего его Борьку. Сон на сучковатых бревнах оказался тем ещё удовольствием - он ворочался на них всю ночь, а потом дремал урывками весь день. Плоты плыли без остановки, днем и ночью - после увиденного при отплытии приставать к берегу никто не хотел. Благо, ветер всё время оставался западным, дул ровно и сильно. В итоге все отлежали бока и стали злыми, как черти, но их мрачное упорство всё же принесло плоды. Всего за два местных дня они добрались до цели, проделав путь, который по суше занял бы неделю. Пусть плоты плыли и небыстро, но зато круглосуточно и неустанно. Преимущества водного транспорта...