Димка молча открыл последнюю страницу. Почерк здесь был совсем другой - дерганый, рваный. Верно, не нужно было быть экспертом-графологом, чтобы понять - всё это писалось в очень раздерганных чувствах.
"289-й день второго года Попадания. Сегодня ночью пропало ещё трое пленных. Покончили с собой, потому что клетки нетронуты. Черт знает, как - повеситься там не на чем, а если бы перегрызли себе вены, - на земле осталась бы кровь. Сегодня ночью сам буду следить...".
"290-й день второго года Попадания. Я видел. И уже никогда не смогу забыть. Рыгхар зубами оторвал щепку от кола. Длинную, острую. И загнал себе в глаз, наверное, достав до мозга, - тело сразу же исчезло. Я не успел ему помешать. Он меня видел, но ему было уже всё равно. Его усмешка - это самое ужасное, что я видел в жизни. Да, Хоруны - звери, но мужества у них не отнять. Как же мне тошно...".
В самом конце листа была ещё запись, без даты, - наверное, сделанная в тот же день.
"Осталось одиннадцать пленных. Сегодня же приказал всех отпустить. Пусть они вновь займутся старым, - но не творят с собой... такое. К черту, к черту, к черту эту войну, есть вещи, которые я просто не могу делать. Прости, дорогой дневник, что мы расстаемся на такой ноте, - но это, в самом деле, всё".
- Понял, наконец? - спросил Метис, забрав у него блокнот.
- Понял, - буркнул Димка. Сейчас ему тоже было тошно, как никогда в жизни, - и сотрясение мозга не имело к этому уже никакого отношения...
* * *
- Я бы сейчас даже пирог с картошкой съел, - с тоской сказал Борька, глядя вниз. - А дома-то нос воротил, во дурак был, да? Да что там пирог! Я бы сейчас теста поел, просто сырого. Сил уже нет нюхать...
- Да! - согласился Димка. Сырое тесто, особенно песочное, для тёртого пирога, в детстве было невероятно вкусным. Куда вкуснее, чем готовый пирог. - Но начинка всё равно вкуснее.
- Да, да! - подтвердил Борька. - Тертые с сахаром яблоки для начинки я в детстве только так ел, гоголь-моголь взбитый для безе - тоже. А уж вишня с сахаром - вообще праздник души. В общем, все взрослые - это дикие, дикие люди: портят столько замечательных вкусных вещей, которые гораздо приятнее слопать сразу и в сыром виде.
- Только не рыбу, - вздохнул Димка, тоже с тоской глядя вниз. Словно назло, кухня Волков помещалась едва ли не под окном его "палаты". Ну, не кухня, конечно, а просто очаг - длинная, метров в пять, мелкая яма, обложенная плоскими камнями, между которых жарко пылали угли. Яму перекрывало несколько каменных плит, на которых пеклась к ужину рыба, распространяя одуряющий аромат. Вокруг ямы кружком сидели девчонки, то и дело отгоняя мальчишек, пытавшихся подобраться поближе. Димка очень хорошо их понимал...
- Эй, не помешал? - дверь в "палату" Борька оставил открытой, так что Метис зашел просто так, без привычного уже покашливания. - Нате, а то помрете тут совсем, - в каждой руке он держал по здоровенному куску копченой рыбы, которые и вручил обалдевшим мальчишкам.
- Да нет, что ты! Заходи, - Димка лишь махнул рукой и тут же вцепился в кусок. Рыба была обалденная, да и закоптили её с явным знанием дела, так что в ближайшие несколько минут он был очень занят. Метис никуда не ушел, сел тут же, насмешливо посматривая на ребят, - но сейчас это Димку не злило. - А вредно не будет? - несколько запоздало спросил он, бросив хребет рыбы в горшок.
- Рыба полезна для мозгов, - ухмыльнулся Метис. - Фосфор там и всё такое.
- То-то вы так её трескаете, - хмыкнул Димка, глядя вниз. Девчонки, наконец, раздали рыбу, и сейчас там лопали все, держа её прямо руками. - Прямо как дикари какие.
- Да, мы думали, что у вас тут культура, щипчики для омаров, вилочки для улиток, четырнадцать слева, шестнадцать справа, венецианский хрусталь, богемский фарфор, - а тут просто ужас что, - поддакнул Борька.
- Венецианское стекло, богемский хрусталь, саксонский фарфор, - педантично поправил Димка. - К улиткам положены щипчики для удерживания и вилочка.
- Ага, - щипчиками мы ловим улитку на дереве, вилочкой достаем из раковины и жрем, - хмыкнул Борька. - Льяти оценил бы это кулинарное искусство.
Димка поморщился. Упоминание Льяти пришлось совсем не к месту, - думать на эту тему ему сейчас не хотелось вообще.
- Ну, извини, не догадались хрусталь в поход взять, - Метис развел руками, и ребята засмеялись. - Обходимся, чем есть.
Димка кивнул. С посудой тут и впрямь было неважно, - но девчонки ухитрялись обходиться без неё: плели широкие мелкие корзины, которые накрывали здоровенным, больше земного лопуха листом, - и в итоге получался вполне оригинальный поднос, который после еды и мыть не приходилось, - лист просто выбрасывали и срывали новый. Никаких тебе нарядов "на посуду" и прочих радостей культурной жизни...
