Димка надулся и замолчал. В здешних делах он, честно говоря, до сих пор "плавал". Веселее от этого они, правда, не становились. Вроде, и сделать ничего нельзя, и ребят, которые хотят спокойно жить, тоже понять можно. Да только гадко всё равно...
Разговор незаметно угас, и все молча смотрели на закат и на небо, по которому всё так же неспешно скользили шары. Несколько, очевидно, дырявых прошли совсем низко, один едва не задел Столицу, и Димка невольно отшатнулся: не хватало ещё, чтобы такая громадина взорвалась ему прямо в лицо. Наконец, стемнело уже почти совсем, и закат превратился просто в смутную зеленоватую полосу. На небе зажглись звезды, но ребята внизу ещё не спали, и, словно призраки, сновали туда и сюда.
Димке вдруг вспомнилось, как прошлой зимой они с друзьями, пересмеиваясь, брели вдоль голого, заснеженного сквера. Фонари тогда почему-то не горели - похоже, что во всем городе, - и улицу освещал лишь тусклый желтоватый отблеск множества окон, горевших на разбросанных вокруг темных коробках зданий. Их тусклый отсвет лежал даже на низко нависших облаках, и было довольно-таки светло, - во всяком случае, он мог без труда узнать других гуляющих вокруг людей, даже на довольно-таки большом расстоянии. Тогда это казалось волнующим и очень необычным...
Снова волной навалилась тоска, и мальчишка вздохнул. Сейчас ему очень не хватало друзей - Сергея, Тошки, Максима... Они точно нашли бы, что ответить, - а он сейчас словно тонул, нет, даже хуже, - терял уверенность, что они тут ненадолго, и что Хозяев МОЖНО победить, - если найти способ. Вот же повезло ему тут влипнуть...
- А всё равно, - вдруг упрямо сказал он, больше для себя, чем для кого-то другого. - Ну, стыдно же, ребята, так жить, - по прихоти каких-то уродов, которые нам даже показаться бояться, только роботов насылают своих... Раз уж победить их нельзя - то домой надо вернуться. Пусть сами в свои непонятные игры тут играют...
- Вернуться... - каким-то неприятным тоном сказал вдруг Метис. - А что, если мы никуда не пропадали?
- Это как?
- А так. Ты вот слышал, чтобы целый пионерский отряд вдруг пропал с концами?
- Н... нет, - признал Димка. - Не было такого. Тут не то, что область, - тут вся страна на уши бы встала...
- Ну вот. И я не слышал. А у нас тут только из Союза - пять отрядов. Один аж из девяносто девятого года, где гласность и всё такое прочее. И никто ничего никогда...
- И что? - Димка не понимал, куда клонит Метис, но сам разговор ему почему-то не нравился.
- А то. Ты про всяких двойников в фантастических книжках читал же? Вот и мы, может, такие же двойники. А настоящие мы - ни сном, ни духом... Никуда не пропадали, дружно вернулись домой, пошли в школу, и так далее... А мы тут. И, даже если получится вернуться - то куда? Сам к себе домой придешь и себе скажешь: пойди нафиг, я теперь тут жить буду?
Димка ошалело помотал головой. С одной стороны, при мысли, что на самом деле он никуда не пропадал, что его родители и прочая родня не сходят с ума, обшаривая морги и болота, он испытал невероятное, прямо-таки космическое облегчение. С другой стороны выходило, что у него украли его же собственную жизнь, выбросили непонятно куда и непонятно зачем, вернее, даже хуже - сам он теперь непонятно кто и непонятно зачем. Сразу резко зашумело в голове, волной накатилась тошная слабость. Тело обмякло, как ватное, мальчишка привалился к стене. Сейчас ему не хотелось уже совершенно ничего...
* * *
- Димк, купаться ещё будешь? - спросил Лис.
