- Не-а, накупался уже, - буркнул Димка, вытягиваясь на песке. Вообще-то, на самом деле Лиса звали Аристархом, - в разговоре неизбежно сокращаемым до Арика, что невероятно его злило: лицо у мальчишки было типично русское - широкое и круглое, хитроватое, отчасти даже лисье, с далеко посаженными светло-голубыми глазами и красиво очерченным ртом, волосы густые, светлые и длинные. Димка уже знал, что он не только дружил с Метисом, но и был при нем помощником, - так сказать, заместитель заместителя. В Столице он заведовал разными скучными хозяйственными делами, до которых ни у "Аллы Сергеевны", ни у самого Метиса просто не доходили руки. "Алла Сергеевна" считала их вообще не царским делом, - ну а Метис толковал, так сказать, её волю широким трудовым массам, и тоже мало интересовался разными скучными вещами, типа того, откуда в Столице берутся дрова, весла и бревна для плотов. Лис же как раз был "министром растительных ресурсов", отвечавшим за всё это. Димка в жизни не интересовался таким вот - но, раз ему придется здесь жить, то придется работать. И не как попало, а в полную силу - иначе он просто не умел. А заготовка дров и прочего была точно не хуже прочих дел. Да, не приносящим славы, но всё равно, нужным и полезным. Реально нужным и полезным. А ничего другого Димке пока не хотелось. Хотя с того памятного боя прошла уже неделя, и физически он вроде бы поправился, он всё равно чувствовал себя так, словно его только что треснули по башке пыльным мешком. Всё вокруг казалось ему теперь ненастоящим и каким-то бесцветным, почти плоским. Слова Метиса просто перевернули его мир вверх дном, - и поверить в то, что настоящий Димка не он, что он дома, а он тут вообще непонятно кто, он не мог. Вернее, как раз мог, - но вот принять это всё не получалось. Это было, как самому предать себя, и превратиться в такую же плоскую, бесцветную тень...
- А, я тогда тоже не буду, - Лис повернулся, глядя на что-то. Догадавшись, на что он там смотрит, Димка тоже поднялся. Ну, да, так и есть, - Машка с Иркой разделывали выброшенный на берег
Машка сейчас сидела на пятках, и Димка поймал себя на том, что бездумно любуется её стройной спиной, покрытой, как и всё тело, светло-золотистым загаром. Лис сейчас тоже смотрел на неё, - и Димка толкнул его локтем.
- Одевайся давай. Дальше будешь мне показывать, как вы тут хозяйствуете...
- Да я, в общем, уже показал всё, - Лис вздохнул и всё же отвернулся, направившись к своим штанам. Джинсам, тоже истрепавшимся и совершенно утратившим цвет, - но пока ещё как-то державшимся, хотя смотрелись они, конечно, живописно - на киностудии такие с руками оторвут, наряжать всяких оборванцев и пиратов... - Разве что просто погуляем ещё, до обеда.
- Угу, - буркнул Димка. Возвращаться в Столицу не хотелось. Царившая там суета раздражала, хотелось просто посидеть, подумать, в надежде, что мысли в голове придут хоть в какой-то порядок...
Лис смешно запрыгал на одной ноге, натягивая джинсы, и Димка невольно подумал, как Волки станут жить всего лет через десять, когда окончательно расползется земная одежда и сломаются или заржавеют последние стальные инструменты, и так работающие на износ. Хреново они станут тут жить, честно говоря. Никакой музей с биноклями не поможет. Хотя и биноклей к тому времени тоже наверняка не останется - или разобьют, или утопят, как утопили уже целых четыре штуки...
Он недовольно мотнул головой, - думать о таких вот вещах не хотелось. Хотя выходило, что и ему тоже тут жить - и не десять лет, а вообще до бесконечности. В такое вот верилось с трудом, - а точнее, вообще не верилось, и этому Димка был рад: верить в это не хотелось. Совсем. Да только что же делать?
Мальчишка печально вздохнул. Без родной "Банды Четырех" он ощущал себя каким-то потерянным. Вот уж точно: один в поле не воин, как ни старайся. И неясно, когда вернутся ребята, и вернуться ли вообще... Вот это особенно давило. Зря они всё же разделились, совсем зря...
- Чего грустишь? - спросил Лис. - Скоро обед. А после к Морским Воришкам поплывем, на инвентаризацию. Это наша же земля теперь.
Димка вздохнул. Насколько он помнил, Морские Воришки жили на острове, даже на нескольких, - по крайней мере, они считали их своими, но точно никто это не знал. Значит, придется обшарить все западные острова, и не только на предмет ценимого здесь стрелодерева или, скажем, кустов бутылочной тыквы, но и на предмет разных отрядиков, избежавших карающей руки "Аллы Сергеевны". Дело на самом деле серьёзное и способное затянуться на много дней...
