Я решаю ехать не рядом с возницей, а в карете. Тролль не выглядит обиженным. Он помогает мне сесть в карету и плотно закрывает дверцу, но стоит морлетам тронуться, как я сожалею о своем решении. Меня начинает укачивать и мутить.
Но муть в голове куда хуже.
Я вновь и вновь вижу, как Оскар принимает нектар ротли. Вновь и вновь слышу, как он говорит о своей возлюбленной, сравнивая свою страсть с моими чувствами к Дэнни. Вновь и вновь ощущаю прикосновение губ Дэнни.
Я касаюсь пальцами своих губ. Закусываю нижнюю.
Мы с Дэнни никогда не целовались до этого. Я часто думала о том, каково будет целоваться с ним, что я почувствую и как отреагирую. Поцелуй – резкий поворот в наших отношениях. Раньше мы не говорили о чувствах. Осознавали и принимали их, но не обсуждали и уж точно не действовали.
Теперь все иначе. Дэнни поцеловал меня. Признался в любви. И я…
Отвергла его.
– Все не так просто! – яростно шепчу я. – Конечно, я люблю Дэнни! Конечно, хочу быть с ним!
Это правда. Я почти уверена в этом. Если бы не мои Обязательства, если бы не разделяющие нас долгих десять лет, я бы без колебаний приняла его объятия и даже ответила на них. Так ведь?
Я прижимаю к вискам сжатые в кулаки руки. Вот тебе и спокойный день вдали от Веспры! Принц будто знал, что, посетив дом, я буду рада вернуться в Обреченный город. Бедствие в виде рейфов ничто по сравнению с отчаявшимися братьями и потенциальными возлюбленными!
Мучительные мысли кружат и кружат в голове, пока копыта морлетов наконец не ударяются о мостовую и плавная езда не сменяется немилосердной тряской, длящейся до самых ступеней дворца. Я чувствую себя избитой и помятой, когда возница открывает дверцу кареты, откидывает подножку и предлагает здоровенную ручищу.
По ступеням я взбираюсь медленно и устало. Дверь мне открывает стоящий наверху стражник – молчаливый, каменнолицый и устрашающий. Я иду по резным коридорам дворца, и по телу бежит дрожь.
Вызывает эту дрожь осознание, что дворец стал привычен.
Я не хочу этого. Не хочу привыкать, не хочу чувствовать себя здесь комфортно. Стоит расслабиться, и я сразу стану уязвима для всех тех опасностей, что скрываются в тенях дворца. Нужно быть настороже. Страх тут подобен броне. Он поможет мне остаться в живых.
Я направляюсь по извилистым коридорам в свою комнату. Путь туда неблизкий. Дворец похож на город – большой пустой город, настолько малонаселенный, что можно часами тут бродить и не наткнуться ни на одну живую душу.
К счастью, моя комната не пустует. Едва я переступаю порог, как меня встречает звонкий серебристый голос:
– Госпожа!
Удивленно обернувшись, вижу у гардероба служанку с охапкой голубой ткани.
Я не перестаю поражаться наличию у себя служанки. По условиям Обязательств, я сама тут должна прислуживать. В Аурелисе было бы немыслимо, чтобы такой, как я, еще кто-то служил. Здесь же, в Веспре, у меня есть Лир – невообразимо прекрасная, любящая покомандовать и совершенно очаровательная Лир. Она – тролль, о чем бы я никогда в жизни не догадалась, если бы мне не сказали. В отличие от большинства троллей, Лир сложена как человек, и пропорции ее идеальны. У нее нежная кожа и потрясающая копна волос. Но что отличает ее ото всех – это бледность. Она бела с макушки головы до кончиков пальцев ног. Даже глаза и ресницы у нее светлые.
При виде меня на красивом лице Лир расцветает подозрительно виноватая улыбка.
– Я не ожидала, что вы так быстро вернетесь, – говорит она, раскладывая голубую ткань на постели.
Это платье. Великолепное платье с воротником под самое горло, без рукавов и с практически обнаженной спиной. В моем мире в приличном обществе такое не носят. И не дай богам в таком наряде помереть.
– Что это, Лир? – выгибаю я бровь. – Чем ты занята?
Она смотрит на платье, удивленно моргая, словно сама в первый раз его видит. Вернув взгляд ко мне, опять виновато улыбается.
– Вы хорошо провели время в человеческом мире?
– Благодарю, неплохо. Так чем ты занята? – отвечаю я. Меня так просто не отвлечь.
– О чем вы, госпожа?
Я красноречивым взглядом указываю на платье.
– А, вы об этом. – Лир опять хлопает ресницами, красиво покусывая губу, а потом поворачивается ко мне и выпаливает: – Я не виновата, госпожа! Мне передали, что принц ждет вас вечером на ужине и что вы должны быть подобающе одеты. Вы же не станете возражать, что это подходящее платье для ужина с принцем?
– Что? – пораженно открываю я рот. – Я должна сегодня ужинать с ним?
Не понимаю. Принц ясно выразился, что терпит меня поневоле и в свободное от занятий время не хочет иметь со мной ничего общего. Я здесь для того, чтобы обучиться всему необходимому для библиотекаря Веспры, чтобы следить за гримуарами и не давать вырваться на свободу рейфам. Я здесь, потому что должна приносить пользу… Сам принц предпочел бы, чтобы я находилась подальше от него.
– Почему? – вырывается у меня.
Губы Лир изгибаются в понимающей улыбке.
