– Помниться, однажды Тени не поленились нагрянуть в твою комнату, – спокойно отозвался Ярослав, – так что выражение: «Мой дом – моя крепость», в твоем случае, к сожалению, не действенно. И да, я еще не сошел с ума, чтобы отправлять тебя на утреннюю пробежку одну, – в голосе Ярослава слушались смешинки. – А теперь быстренько одевайся и выходи. Я жду.
– Что? Как это «ждешь»? Где?
– У подъезда.
– Ох, Ярослав… – Нина покачала головой, забыв, что молодой человек этого не видит. Она не могла поверить, что Ярослав так много делает для нее, жертвует временем. Он провел не менее получаса в пути, а, следовательно, поднялся ни свет ни заря. И всё это ради нее. Нину переполняли противоречивые чувства: с одной стороны ей было совестно, а с другой – приятно. Как бы старательно Ярослав не строил из себя благодетель, теперь-то Нина понимала, что его забота о ней вызвана отнюдь не только долгом охотника. Она ему не безразлична! И, не смотря на то, что Нина ненавидела ранние пробуждения, сегодняшнее утро было самым прекрасным утром в ее жизни.
– Я тебя жду, – повторил юноша. Нина счастливо улыбнулась, и, поцеловав телефон, принялась одеваться. Сон как рукой сняло.
Тихонько, чтобы не разбудить родителей, девушка прокралась в ванную, где наспех умылась и причесалась. На макияж времени не оставалось.
«Не спугнуть бы Ярослава своей естественной красотой, – мрачно подумала она, придирчиво разглядывая отражение в зеркале».
Выглядела она бледнее обычного, хотя, скажи она это родителям, они бы наверняка возразили, сказав, что серый стал привычным за последние два месяца, цветом ее лица.
Вдобавок к этому под глазами залегли темные круги, а от безупречного мелирования не осталось и следа – волосы стали тусклыми и какими-то… серыми. Китти упала бы замертво, увидь она, в кого превратилась ее подруга. Вместо миловидной голубоглазой блондинки с идеальной кожей и безупречно ухоженными волосами, на девушку из зеркала смотрела бледная, с болезненно-тусклыми глазами и неопрятной прической, незнакомка.
«Обязательно возьмусь за свой внешний вид, как только всё устаканится, – пообещала себе Нина».
Соорудив на голове «пучок», она вышла из ванной комнаты, после чего оделась и успешно покинула квартиру.
– Я уж думал, ты отдалась Морфею, – проворчал Ярослав, когда девушка села в его машину.
– Кому отдалась? – переспросила Нина, собираясь возмутиться.
– Морфею, – с улыбкой повторил охотник. – Это мифологический бог сновидений. Побольше читай.
– И всё равно ты пошляк и грубиян, – неожиданно выдала Нина.
– О, еще какой, – ничуть не обиделся юноша.
Машина тронулась.
– Куда мы? – забыв про перепалку, поинтересовалась Нина. В темноте она безуспешно пыталась разглядеть пейзажи за окном. Ярослав же решительно выехал на дорогу, свернув затем на север.
«Странно, зачем так далеко от дома? – с легкой тревогой подумала Нина. Ей было неприятно подозревать Ярослава, но когда имеешь дело с потусторонними существами, ожидать можно и нужно чего угодно».
– В парк, – просто ответил юноша, кажется, не заметив беспокойства спутницы.
– А-а-а, – протянула Нина. «Почему бы и нет? – успокоила она себя». – Знаешь, – после некоторого молчания сказала она, – я всё же думаю, что утренние вылазки – не самая хорошая затея.
– Засоня, – поддразнил Ярослав.
– Это да, – легко согласилась Нина. – А если говорить серьезно, то мне ужасно неловко от того, что из-за меня ты вынужден лишать себя сна. Говорят, утренний сон самый сладкий.
– Правда, так говорят? – изобразил удивление Ярослав, а затем скривил губы в насмешливой ухмылке. – Тогда они не знают истинного удовольствия. И ты тоже, коль слушаешь диванных экспертов!
– Фу-у-у, – брезгливо воскликнула Нина. – Вот же ты…
– Я говорю об утренней прогулке, – всё с той же насмешкой пояснил охотник. – Ты только представь себе: свежее, раннее утро, одинокие улочки и вокруг ни души. Только ты. Во всем мире только ты. Правда, создается такое ощущение, клянусь тебе! Это непередаваемое ощущение безграничной свободы.
– И одиночества, – невесело добавила девушка.
– Возможно. Но и им можно наслаждаться.
– Да ты интроверт! – воскликнула Нина, засмеявшись. Ярослав отрицательно покачал головой:
– Если только самую малость. Вот, скажи, что ты сейчас чувствуешь, когда мы одни, и эта дорога словно принадлежит нам, а? Разве тебя не охватывает опьяняющий восторг?
Нина пожала плечами:
– Честно говоря, особого восторга у меня нет. Может, от того, что спать хочется. А еще через два часа в школу. Мысли о ней вообще убивают все приятные чувства, даже если они есть.
Ярослав засмеялся:
– А ты, оказывается, разгильдяйка!
– Просто ты не знаешь моих одноклассников и учителей, – возразила девушка.
– Ребята, наверно, задирают тебя из-за всей этой истории, что с тобой приключилась? – с пониманием спросил Ярослав.
