В Охотничьей Будке царила мрачная, унылая атмосфера: третий день от охотников не было ни слуху, ни духу. Телефон Георгия Андреевича был отключен и Ярослав не мог связаться с ним, чтобы узнать, всё ли с ним в порядке, жив ли, а потому юноша был как никогда молчалив, и даже нежная забота Нины не могла поднять его настроения, хотя он и старался улыбаться ей, чтобы не обидеть. Но девушка и не навязывалась, предпочитая обращаться в случае необходимости, за что Ярослав был особенно благодарен ей.
Нина же предпочитала общение с Радой – ведьма была единственной, кто скрывал свои переживания и не вымещал дурное настроение на окружающих. Недообращенные и вовсе были невыносимы: от голода и заточения в доме, они вели себя капризно, и даже агрессивно, нередко вспыхивая гневом и вымещая раздражение на бедной Нине.
– Мы хотим есть! – рявкнула некогда тихая и робкая Марьяна, когда девушка попыталась уговорить друзей потерпеть и не быть столь нетерпеливыми.
– Но Ярослав только вчера вечером дал вам крови,– возразила Нина, готовая расплакаться от отчаяния. – Неужели этого не достаточно?
– Если бы тебя держали на одних яблоках, как тебе понравилась бы эта диета? – едко поинтересовался Майк.
«Я бы терпела и не сетовала, понимая, что сейчас не лучшее время для капризов, – подумала Нина, но не рискнула высказать эту мысль голодным и злым вампирам».
– Нам нужно мясо, – добавил Майк. – Свежее. Сырое.
Нина открыла рот от неприятного удивления. В холодильнике достаточно мяса, но неужели ее друзья хотят, чтобы она приволокла им тушу только что убитой коровы?
– Но… – робко попыталась она возразить, – где же я достану вам…
Ее перебил смех Алики и Майка.
– Нина, – сквозь смех протянула Алика, – неужели ты забыла о том, кто мы? Мы гибриды. Ги-бри-ды. Вампиры и оборотни, а это значит, что мы питаемся плотью и кровью. Мясом только что умершего млекопитающего. Мы охотники, а это, в свою очередь, означает, что о пропитании мы в состоянии позаботиться сами. Нам нужна охота, Нина. Нам нужно питаться. Выпусти нас ненадолго, мы только поедим и вернемся, обещаем. Мы не отправимся к клану.
Нина вовсе не думала о том, что ее друзья могут вернуться к клану… До тех пор, пока Алика не высказала эту мысль. Неужели Мастер держит их? Взывает к ним, призывает вернуться к нему, предав ее – их друга? Неужели он управляет ими, их мыслями?
Она облизала пересохшие от волнения губы, и произнесла:
– Хорошо, я попрошу Ярослава снять заклинание, удерживающее вас в доме, – солгала она: на самом деле, она собиралась нажаловаться Охотнику на ставших неуправляемыми друзей.
«Он знает, что делать, а я – понятия не имею, как вести себя с озверевшими от голода оборотнями».
Она неуверенно потопталась у двери, прежде, чем постучать, и лишь поле вялого «открыто», вошла в комнату. Ярослав сидел с ноутбуком, уставившись в монитор. Можно было подумать, что он смотрит фильм или читает новостную ленту, но его неподвижный взгляд говорил о том, что охотник тупо глазел в экран компьютера, тогда как его мысли были совершенно далеко отсюда.
– Что ты хочешь? – не грубо, но и не приветливо поинтересовался он.
– Недообращенные, они…бунтуют, – выдохнула она.
– Что они делают? – Ярослав оторвал взгляд от компьютера и наконец, обратил внимание на девушку. Вот только смотрел он на нее так, что Нине расхотелось делиться с ним своей проблемой. Отчего-то она чувствовала себя виноватой и не имеющей права жаловаться на друзей. Ведь это она привела их в Охотничью Будку и фактически повесила заботу о них на Раду и Ярослава, которому сейчас было совсем не до бунтующих гибридов.
– Они голодны, ну, они ведь питаются…мясом…сырым…, – Нина чувствовала, как краска заливает лицо. – Короче говоря, им нужна охота, – выпалила она на одном дыхании.
– Охота? – переспросил Ярослав. Вот только тон его голоса не сулил ничего хорошего. Нине показалось, что еще чуть-чуть, и он разразится гневом, накричит на нее, а может, и вовсе выставит за дверь, приказав больше не являться к нему в комнату со своими дурацкими жалобами и просьбами. Но он не кричал. Закрыв ноутбук, юноша встал, и, коротко сказав девушке: «Идем», вышел из комнаты.
Нина послушно поплелась за ним, гадая, что он задумал.
А задумал он, судя по взятым из отцовского ящика наручникам и ружью, нечто страшное.
– Это…, – заикаясь, пролепетала девушка, – Это…зачем?
– В твоих друзьях бушует волчья кровь, звериная натура дает о себе знать: она не терпит заточения и голода. Вот я и усмирю их натуру.
– Ярослав, пожалуйста…
Юноша обернулся, и впервые за весь день улыбнулся, только Нине совсем не понравилась его улыбка.
– Не беспокойся, Нина, твои друзья останутся живы, здоровы и так же невыносимы. К тому же, совсем забыл, что сегодня полнолуние, а это значит, что заточение им крайне необходимо. Ты, ведь не хочешь, чтобы они обратились в волков прямо здесь?
Нина не хотела. Более того, до этого дня она и не думала о том, что ее друзья превращаются в волков.
– Но, может быть, ничего страшного не произойдет, если они уйдут из дома ненадолго?
Ярослав посмотрел на нее с осуждением и непониманием.
