– Тш-ш… Юлёна, ну же, держись. Попробуй, ты можешь проснуться? – спросил он, и Ника взглянула на богиню.
– Она поправится, – произнесла Алтара, и Ника повторила слышимые только ей слова.
– Куда я денусь, – прохрипела Юля и чуть улыбнулась. – Только вот налеталась, похоже, – добавила она и почти сразу исчезла.
– А где Ёж? – успела спросить Ника, и остальные звуки потонули в раздавшемся грохоте.
В пещере появились трое: Ёж, Кирилл и Борис. Только вот последних отбросило от окрестностей чаши и буквально впечатало в стену.
– Темным не пройти, – едва слышно выдохнула Ника, заметив блеснувший край защитного купола.
– Не стоило перемещать его сюда, – пробормотал Ёж. – Прости. Не понравился мне его видок, вот я и решил…
– Кирилл, – прошептала Ника, подбежав к любимому. – Не вздумай умирать, негодник! Ты мне обещал, помнишь?.. Я не собираюсь воевать тут одна! Кирилл… Пожалуйста…
Тело мужчины было истерзано, глаза закрыты, а на бледной коже зияли раны, из которых сочилась тьма.
Как помочь ему, Ника не знала. Пройдясь взглядом по пещере, она поняла, что Алтара уже покинула ее.
– Это несправедливо! Он же сделал свой выбор! – закричала Ника. – Не отворачивайся от него! Дай шанс! Я прошу тебя! Я молю! Помоги!
– Выбор ему только предстоит, – прозвенело в ответ, и Кирилла окутало облаком светящихся серебристых песчинок. – Тело его восстановится, – сказала богиня, – но не жди, что он сможет когда-нибудь принять в себя свет.
Просыпаться рядом с Кириллом было непривычно и удивительно. Ника завозилась, растирая затекшую руку, осторожно убрала прядь волос с его лица, полюбовалась идеальными чертами… и забеспокоилась. Что если он так и не проснется? Почему богиня не признала его выбор свершенным? Что она хотела этим сказать?
Вспомнив в деталях произошедшее в Луйире, Ника подскочила на кровати и побежала искать Юлю.
Подруга обнаружилась на кухне. Вялая, бледная и какая-то потрепанная, но живая и вполне здоровая.
– Слава богу! – выдохнула Ника и крепко обняла ее. – Как себя чувствуешь?
– Так себе, – кисло улыбнулась Юля. – Но жить буду. Самое обидное, знаешь что? Желание прикончить этого гада просто раздирает меня, но сил едва хватает чашку в руках держать. Сомневаюсь, что смогу теперь появиться в Луйире. Ёж говорил, ему понадобилось несколько месяцев, чтобы восстановиться после стычки с Делуром.
– Прости меня…
– Да ты-то что? Ну-ка прекращай самобичевания! Наваляй лучше чокнутому Курту вместе с шизанутой Тьмой!
– Мне кажется, Курт и в самом деле помешался. Не каждое сознание выдержит общение с Тьмой.
– Не вздумай только его жалеть, ладно?
– Не вздумаю, Юль. Жалости он не достоин.
– Вот вы где, – буквально ввалившись на кухню, сказал Сергей. Выглядел он не многим лучше Юли. – Ты нормально? – спросил он, присаживаясь у ее колен.
– Жить буду, – тихо ответила Юля и погладила пристроившиеся у нее на коленях руки. А Ника почувствовала себя лишней. На нее Сергей даже не посмотрел, что должно было бы обрадовать, но пробудило почти зависть.
– Я пойду, – тихо сказала она и шагнула к выходу.
– Подожди, – остановил ее Сергей. – Нам нужно поговорить. А тебе, – опять посмотрев на Юлю, добавил он: – Вызвать врача.
– Зачем? – удивилась Юля. – Тем более один у меня уже есть, – прошептала она и улыбнулась. С кроткой нежностью и лучистым счастьем, которые так непривычно было видеть на ее лице.
– Эм… – выдала Ника, намереваясь все-таки уйти и не мешать двоим, судя по всему, все-таки нашедшим друг друга.
– Стефан рассказал кое-что неприятное, – подняв на нее глаза, сказал Сергей. – Боюсь, у нас дополнительные проблемы, – он встал и прошелся вдоль стола. – Курт и Эмма собирают новобранцев. Всех шатких и полубессознательных склоняют на свою сторону, обещают, заманивают. Кто отказывается или не устраивает их – отдают тех Тьме. Она выпивает их, попросту убивая. Трудно сказать, скольких они уже погубили, но таких немало. Живых обычных людей. Это нужно остановить.
– Ты собираешься… сам? – испуганно выдохнула Юля.
– Да.
– Я с тобой, – сказала Ника решительно. – Никто больше не должен пострадать от их рук.
– Нет, Ника. Тебя ждут остальные чаши. Без этого вся остальная борьба не имеет смысла. Нам придется разделиться. Будем координировать действия здесь, а в Луйире каждый решать свои задачи.
– Я не знаю, где остальные чаши, а ты ничего не сможешь противопоставить Курту в одиночку.
– Не в одиночку, Ник. Там, в пещере, он застал нас врасплох, больше этого не повторится. Мы будем готовы. А чаши – Стефан покажет тебе.
– А где он сам? И где был? Как вообще Алексис оказалась в чертовой пещере?! Она же была с нами в гроте! – выкрикнула Ника и поняла, что вот-вот разрыдается. Она верила, очень хотела верить, что Алексис жива, но кроме этой веры не имела ничего.