— Это не вопрос возраста. Если бы здесь был парень моих лет, который бы имел все качества, которые мне нужны, то я бы с радостью его рассмотрела.
— Ну, тогда что же ты ищешь?
Она ни минуты не колебалась, и у Джиннифер сложилось впечатление, что она уже много раз прошлась по этому списку.
— Для начала я хочу альфу. Но остановлюсь на бете, если он достаточно силен, чтобы стать альфой, потому что я хочу свою собственную стаю. Моя стая будет достаточно близко к стае брата так, что наши щенки смогут играть вместе — у нас их будет четверо, но не подряд. Я не собираюсь становиться какойто племенной кобылой.
Три года — это хорошая разница в возрасте. Они все еще смогут играть друг с другом, если щенки моего брата окажутся такими же маленькими придурками, как и он. И мы не будем жить слишком близко, так что Зейн не будет приходить и командовать мною. И, кроме того, моя пара не позволит.
Зейну говорить мне, что делать. На самом деле Зейн будет его бояться, потому что он будет очень сильным, и у него будет плохая репутация. Но это лишь для показухи, ну ты понимаешь? В глубине души он будет добрым и нежным, но только со мной и нашими щенками. И если он будет обладать всеми этими качествами, я не буду возражать, если он будет не очень красивый. Я не ожидаю, что он будет совершенным, просто хочу, чтобы он был необычным. Это разумно?
Через несколько секунд тишины Джиннифер поняла, что Индиго ждет ответа.
— Ну, это довольно конкретно, — неуверенно сказала Джиннифер. — У тебя уже есть кто-то на примете?
С легким вздохом, Индиго упала назад на кровать.
— Нет, не совсем. Один раз, я думаю… это странно, но думаю, я могла почувствовать его запах. Я не знаю, как это объяснить. И вот почему мне нужно уйти из логова. Каждое мгновение, что я провожу здесь, я могла бы потратить на его поиски.
Джиннифер подумала, что, может быть, Индиго нужно перестать читать романы, но оставила это для себя.
Боаз переустанавливал камеру под другим углом, но Джиннифер махнула ему отвернуть объектив. Они уже получили приличное количество кадров, и у нее уже сложилось представление о том, каким станет их документальный фильм.
Джиннифер знала, что должна поблагодарить Индиго и на этом остановиться, но она чувствовала себя странно озабоченной положением Индиго. Она отодвинулась назад на кровати, пока не смогла смотреть на нее, не выворачивая шею.
— Там, откуда я родом, девятнадцать — это слишком молодой возраст, чтобы брать на себя пожизненные обязательства.
Это было самое близкое, что она осмелилась сказать вместо «может быть, твой брат прав». Она не могла не задаться вопросом, было ли желание Индиго искать пару рождено искренним желанием или это был ее способ восстать против брата. Может быть, если она услышит это от другой женщины, то это поможет ей увидеть вещи в истинном свете.
Индиго ей улыбнулась, но ее улыбка показалась слишком сладкой.
— Так сколько тебе было лет, когда Аарон сделал предложение?
Джиннифер попыталась сглотнуть, но у нее во рту внезапно пересохло.
— Откуда ты знаешь про Аарона?
— Боаз рассказал о нем Тэллоу на следующее утро после нашей встречи, помнишь?
— О, верно.
На мгновение Джиннифер подумала, что Индиго каким-то образом узнала о неловких вещах, в которых она призналась Зейну. Она немного расслабилась, понимая, что это было невозможно.
— Мне было девятнадцать, — осторожно призналась Джиннифер. — Но мы согласились подождать, пока я не закончу колледж, чтобы я имела лучшее представление о том, чего хочу в жизни.
— Ты уже не в колледже, да?
— Я бросила колледж, чтобы продолжить свою карьеру.
— Но ты не вышла замуж?
— Пока нет. Аарон и я были оба очень заняты своими карьерами. Видишь ли, это очень важно расставить приоритеты в своей…
— Насколько трудно выйти замуж? Разве свадьба обязательна? Может быть, вы должны всего лишь подписать какие-то бумаги?
Тепло начало распространяться по лицу Джиннифер, начиная от ушей и продвигаясь к щекам.
— Здесь больше, чем все эти вещи, — объяснила Джиннифер. — Мы не хотели пожениться и жить на разных континентах. Мы поженимся, когда будем готовы купить дом и создать семью.
Она надеялась, что слова не прозвучали так же горько, как они ощущались. Это было то оправдание, которое всегда использовал Аарон, когда они оба оказывались в штатах, и Джиннифер импульсивно предлагала слетать в Вегас. Когда это говорил он, то все звучало разумно. Но когда.
Джиннифер их повторила, Индиго скривила лицо, словно съела лимон.
— Это ужасно. Тебе сколько лет, тридцать?
У Джиннифер отвисла челюсть, и она услышала, как захихикал Боаз.
— Мне двадцать шесть.
Он засмеялся еще сильнее.
— Полагаю, ты не очень старая. Но, тем не менее, прошло семь лет! Я не понимаю, как он мог столько ждать, чтобы заявить на тебя свои права. Он что, тебя совсем не уважает или он не влюблен в тебя?
Внезапно Боаз перестал смеяться, и в комнате стало тихо. Джиннифер чувствовала, как ее лицо окаменело, и была удивлена, что была в состоянии двигать губами.
— Что ты имеешь в виду?
Индиго села и нахмурила брови, что выглядело как искреннее беспокойство.
