Они переоделись в человеческую одежду за час до того, как добрались до Порт Трента, но это не помогло им получить теплый прием. Если бы кто-нибудь спросил, они должны были сказать, что прибыли из Натак. Однако несмотря на то, что местные на них пристально поглядывали, никто к ним не подошел, даже для того, чтобы спросить, нужна ли им помощь с Марл, которую Энцо держал на руках.
Доктор в клинике знала Марл, и у Джиннифер сложилось впечатление, что она знала, где жила женщина, и кем являлись Зейн и Энцо. Она отвела Марл и Энцо в смотровой кабинет, где они находились уже в течение часа.
— Может, пойдешь со мной? — спросила Джиннифер. — Можем поискать место, где можно поесть.
Она помнила, что последний раз сам он ел больше двух дней назад, хотя сразу начинал ворчать, если она оставляла не съеденным даже кусочек своей еды. Она знала, что за его очками были усталые глаза, и надеялась, что сможет уговорить его где-нибудь отдохнуть после того, как они поедят.
— Я должен быть здесь, — сказал он ей. — Я могу понадобиться Энцо.
Джиннифер подумала остаться с ним, но вспомнила о закусочной, мимо которой они проходили.
Знак на окне рекламировал кукурузно — голубичный коблер и «путин» — бекон с картофелем фри, кусочками сыра и горячей подливкой. Аромат исходивший из того места заставил ее застонать.
— Хорошо, но я принесу тебе еды. Я вернусь… — она взглянула на часы — через час?
Зейн слегка кивнул.
— Будь осторожна.
Она почувствовала на себе его взгляд, когда покидала приемную клиники, и вышла в прохладный ветер наступающего вечера.
Они добрались быстрее, чем предполагал Зейн, но к тому времени, как они дошли до окраины города, прошло уже прилично времени. Порт Трент напомнил ей крошечную версию Икалуит, города с населением около семи тысяч человек. В нем они с Боазом провели ночь в ожидании маленького самолета, который переправил их через Северо-Западный Проход.
Большинство домов были приземистые и квадратными, и только несколько из них выглядели так, будто их ремонтировали в последние лет двадцать. Все улицы были неасфальтированные, за исключением главной магистрали, вдоль которой находились крошечные магазинчики и большая кирпичная мельница, из трех больших труб которой вился дым.
Закусочная была всего в нескольких минутах ходьбы от клиники, и когда Джиннифер до нее добралась, то с тревогой заглянула в пыльные окна. Внутри свет был потушен и стулья сложены на столах.
Она не могла найти еще какое-то место, где подавали бы еду. И казалось, что все было закрыто, за исключением грязного бетонного здания с мигающими красными буквами над входом. Возможно, там когда-то было еще что-то, но сейчас было написано ЛЕКАРСТВА.
Прижав к себе сумку, она распахнула дверь. Джиннифер тихо выдохнула, когда порыв теплого воздуха ударил ей в лицо. Внутри было на удивление чисто, хотя место было больше похоже на круглосуточный магазин при заправке, чем на аптеку. Здесь было несколько рядов наполовину заполненных полок, содержащих все — от овсяной каши до зажигалок. В задней части был белооранжевый холодильник с надписью от руки, гласившей «Молоко в пакетах + Газировка», который находился рядом с тяжелой дверью.
Когда она вошла внутрь, молодой мужчина за служебной стойкой оторвал взгляд от своего ноутбука. Он не мог быть намного старше, чем Индиго, и, как большинство жителей города, был похож на потомка Инуитов. Он закрыл ноутбук и наклонился над ним, задумчиво разглядывая Диннифер.
— Извиняюсь, я снова заснул? — спросил он.
— Э-э, что?
Он сверкнул улыбкой.
— Я отказываюсь поверить, что прямо сейчас я не сплю.
Джиннифер фыркнула и закатила глаза.
— Придумай что-нибудь поновей. У вас есть крем для бритья и лосьон?
— Лосьон, который пахнет медом? — спросил он, выходя из-за прилавка.
— Ага, а откуда ты знаешь?
Он снова улыбнулся и покачал головой. Джиннифер ждала возле прилавка, когда он пошел взять вещи, заказанные Индиго, и затем остановился возле холодильника. Когда он вернулся, он передал.
Джиннифер холодную газировку и положил все остальное на прилавок. Он наклонился, чтобы что-то взять с полки, и предложил это ей.
— Шоколадный батончик?
Джиннифер взяла конфету.
— Хорошо, теперь это я та, кому снится сон.
Все еще улыбаясь, он поплелся по другую сторону прилавка.
— Есть наличные или мне записать это в долг?
— В долг? Да ты меня даже не знаешь.
— Я знаю, откуда ты, — сказал он.
Джиннифер открыла бутылку и прислонилась к прилавку.
— Знаешь? Странно!
Он засунул в рот зубочистку.
— Да ладно. Красивые девчонки просто так не бродят в этом городе. Я знаю, что ты такое.
Она подумала сказать ему, что она женщина, а не девчонка, но решила, что это будет фразанаживка, чтобы перевести разговор на другую тему. Не то чтобы она сильно возражала. Потому что это ощущалось как радостная передышка от драмы последних двух недель.
— Ты думаешь, что каждый симпатичный незнакомец — один из них? — спросила она, делая глоток.
Она никогда не была любительницей газировок, но прямо сейчас на вкус это было, как рай.
Он перекатил во рту зубочистку, и его улыбка сменилась задумчивым выражением.
