Она остановилась, как вкопанная, медленно обернулась ко мне и, склонив голову, вгляделась в моё лицо, очевидно, пытаясь понять, где мы раньше встречались. В этой ситуации подойти было не зазорно, и я неторопливо приблизился, про себя отметив, что девчонка совсем мелкая, от горшка два вершка, но симпатичная, с густыми, немного спутанными чёрными волосами, остреньким подбородком и аккуратным носиком.
– Откуда ты знаешь моё имя? – требовательно, но в полголоса, чтобы не услышали стражники, поинтересовалась она, как бы невзначай спрятав левую руку в поясной сумке.
– Не догадалась ещё? Я игрок.
– Какой, нахрен, игрок? – её тёмно-зелёные глаза насторожённо прищурились. Создавалось впечатление, что девушка разрывается между двумя вариантами – выхватить свиток и испариться или сперва пронзить мне сердце стилетом, а уж потом улететь телепортом в дальние дали.
– Игрок… – я потерянно замолчал, чувствуя себя идиотом. – А ты нет? – вопрос, конечно же глупый, но мне всё ещё трудно было поверить, что я говорю с простой неписью.
– Мы ещё поболтаем, – после короткой паузы проронила она и вдруг, будто вспомнив о чём-то, отвесила мне пощёчину.
Караульные у ворот, до того с недоумением косившиеся в нашу сторону, одобрительно загудели, а Молли, не торопясь, достала свиток перемещения и, прошептав ключ-слово, пропала в кровавом мареве. Вот так паранойя у девки! Ей-богу, лучше бы попросила меня отвернуться и досчитать до ста, чем тратить такую ценную вещь понапрасну. Впрочем, не хватало мне ещё свою голову чужими тараканами забивать.
Пройдя мимо сочувственно крякавших стражников, я двинулся в сторону ремесленного квартала, но по дороге задержался, чтобы присесть на нагретую тёплым солнцем скамеечку и немного перекусить. Напряжение прошедшего часа постепенно начало отпускать, и я мысленно погладил себя по головке, радуясь, что не натворил глупостей в первые минуты после потери конечности. А ведь желание было, да ещё какое! От мысли, что в дальнейшем придётся тянуть игровую лямку с одной рукой, у меня чуть шарики за ролики не заехали. Единственным проблеском света было отсутствие какого-нибудь зловещего сообщения в стиле «Получена черта «однорукий» (Урон, наносимый оставшейся рукой увеличен…», тьфу, не дай Боже! Закинув в рот горсточку сухофруктов, я провёл пальцем по шраму, оставленному Ночным гостем. В итоге, вышел размен одного фиала на тысячу золотых. Устроил ли меня такой поворот? Мягко говоря, нет, но ни на Хидео, ни на его сестрицу, я особенной злобы не затаил. Глупо было бы ожидать от матёрой мафиозной семьи, да ещё и от кики, с их неведомыми мне, пока что, традициями, чего-то иного.
Насытившись, я ощутил неожиданно острое желание наведаться в ближайший бордель. Благо, порт для меня более запретной зоной не является. Поддаться, что ли? А то кручусь, как белка в колесе, день за днём, прыгая из одной драки в другую, а в перерывах то дриада сиськами из-за кустов поманит, то агрессивная дамочка с кинжалом и поцелуями на грудь бросится. Решено! Устрою себе маленький выходной, но прежде разделаюсь с оставшимися делами.
Игнатий, впервые на моей памяти, обслуживал клиентов. Поймав взгляд алхимика, я отошёл в угол и облокотился на стену, наблюдая за тем, как лысеющий мужичок, с жутковатых размеров ножом на поясе, укладывает в мешок какие-то зелья. Заступившая на его место пухлощёкая матрона в голубом платье провозилась подольше, придирчиво перебирая баночки со всякой косметической дрянью.
– Принёс травы? – сходу перешёл к делу Игнатий, когда последняя покупательница покинула лавку.
– Ага. Прямо тут вываливать?
– Нет, давай за мной, в кладовую, – он неторопливо выбрался из-за прилавка и распахнул дверь в святая святых, куда мне до сего дня хода не было. – Как там, в лесу?
– Терпимо, – войдя вслед за ним, я прищурился, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть, пока алхимик возился с настенной лампой. – Я, на всякий пожарный, набрал с запасом, так что, если надо, могу хоть сегодня ещё чего-нибудь притащить.
– Очень мне нужно твоё «чего-нибудь», – беззлобно проворчал мастер и, осветив помещение, направился к следующей двери, огибая громоздкий алхимический аппарат.
При виде этого монстра я ненадолго впал в ступор. Очень уж он выбивался из окружавшего нас мира меча и магии. Запутанное нагромождение металла, толстых стеклянных колб, намертво зафиксированных над горелками, трубок и змеевиков, больше смахивало на дитя стимпанка или машину времени, разработанную бессмертным Шуриком. Приблизившись, я принялся изучать своё будущее рабочее место… Нет, это явно не промышленное изделие, а продукт кропотливой работы простых стеклодувов и кузнецов. Вон несколько характерных вмятин на корпусе, как от ударов молота, а реторты и колбы, пусть и сделаны по единому образцу, но все несколько отличаются друг от друга.
