Глазастый окунь, как и прочие круглосуточные кабаки, встречал посетителей настежь распахнутыми дверьми и открытыми окнами, из которых доносилось пиликанье скрипки, прерываемое время от времени взрывами пьяного хохота. Ещё точно не зная, как именно буду разбираться с Давидом, я предусмотрительно снял издалека бросающийся в глаза шлем с личиной и накинул поверх одежды плащ Кассия прежде, чем войти внутрь. Задерживаться на пороге и озирать весь честной народ пристальным взглядом не стал. Вместо этого, отыскал в углу свободную табуретку и примостился к одному из столов, где играли в карты. Не как участник, а так, в роли скучающего зеваки. Компанию моего должника найти оказалось нетрудно, поскольку орали они на полтона громче всех остальных. Четверо бугаёв, пятый храпит на заботливо принесённой кем-то скамейке. Кажется, эти ребята чувствуют себя тут, как дома. Давида я вычленил сразу, благо Феофан дал более, чем исчерпывающее описание, а вот, что дальше делать? О том, чтобы устраивать разборки здесь или переть на этих мордоворотов посреди улицы, и речи идти не может. Справиться-то я с ними справлюсь, но к тому времени на заваруху сбегутся, как минимум, два патруля. Торопиться мне всё равно было некуда, ломать голову над сложными логическими построениями не хотелось, и, в конце концов, я заказал себе бокальчик вина и занял место среди картёжников. Так, ни шатко, ни валко, системные часики дотикали до 06:00, после чего, мои потенциальные жертвы засобирались на выход. Я немедленно закруглился, оставив за столом, в общей сложности, до 150 золотых. Когда-то подобный проигрыш испортил бы мне настроение на всё утро, но не теперь, когда в сумке позвякивало больше семи кусков. Выйдя на улицу, гляжу вслед медленно удаляющимся кутилам. Двое волокут на плечах сомлевшего другана и тянут жалостливую песенку, а третий с Давидом идут в двух шагах позади и, кажется, о чём-то болтают. Хмыкнув, скидываю мешок и провожу некоторые приготовления. Меч Сагуру – в ячейку на поясе, вместо зелья, а на голову – глухой шлем стражника из моего тяжёлого сета, чтобы в лицо, если что, не запомнили.
На первом же перекрёстке, распевшиеся носильщики повернули направо, а Давид со своим приятелем – налево, подарив мне, тем самым, некоторую надежду. Феофан, правда, просил обойтись без крови, но это проблемы Феофана. А я, если подвернётся возможность, буду действовать, не считаясь с потерями. Чужими, естественно… Чёрт! Прямо навстречу нам – патруль стражи. Я скрестил под плащом пальцы обеих рук, молясь, чтоб они не прикопались ко мне с требованием снять шлем. С этих станется. Нет, прошли мимо, лениво позёвывая, а Давид впереди перегнулся через ажурный заборчик и начал выблёвывать на клумбу излишки принятого на грудь алкоголя. Из окна по соседству на него заругалась старушка, по улице пробежало несколько пацанов… Такими темпами, скоро весь город проснётся, какой тут грабёж?! И вдруг, мои жертвы, прямо, как на заказ, свернули в узенький проходной дворик. Убедившись, что поблизости никого, я распахнул плащ, выхватил оба клинка и, догнав Давида, один за другим обрушил их ему на голову.
– Кист, – вполголоса выдохнул я в лицо его опешившему товарищу и завершил избиение тремя безжалостными ударами. Прикосновение к одному телу, к другому, и все их вещи, включая бельё, перемещаются в мой инвентарь. Сзади слышится оглушительный детский визг, и я беру с места в карьер, вылетаю на соседнюю улицу, ввинчиваюсь в проулок… Теперь скинуть плащ, сорвать шлем, запихать в мешок вместе со вторым мечом, и идти дальше прогулочным шагом ничего не видевшего и не слышавшего искателя приключений. Забавно, но этот простейший рецепт сработал. Никто так и не попытался меня настичь, да и зачем, собственно, стражникам напрягаться, если преступник в любой момент может улететь свитком? Трупы-то, вот они, а убивца и след простыл. Значит, надо как следует потрясти свидетелей на предмет его внешности, составить портрет и вывесить, вместе с объявлением о награде, на соответствующей доске. Придя к таким выводам, я, уже совершенно спокойно, позавтракал на скамейке в подвернувшемся скверике и отправился на аудиенцию с самим пастырем.
– Привет, – Стас, как и обещал, встретил меня у мраморной лестницы здания гильдии магов. – Давай не будем задерживаться.
