Воровка, похоже, ничего не почувствовала и вновь попыталась навязать мне ближний бой, всё ещё надеясь, что я вот-вот сдохну от яда. Теперь ситуация находилась под полным моим контролем. Слишком уж велика была между нами разница в скорости, не говоря о моём преимуществе в длине клинка. Несколько секунд я играл с противницей, как кошка с мышкой, позволив себе нанести ей всего одну ранку и дожидаясь срабатывания заклятья. Надо же оценить эффект, так сказать, в полевых условиях.
Оценил, блин! В какой-то момент, грудь девушки взорвалась изнутри, будто она проглотила кусок взрывчатки. Моё лицо забрызгало кровью, а когда я проморгался, то увидел на полу бездыханное тело, рядом с которым, приподняв верхнюю часть туловища стояла моя сколопендра. Длиной с ногу взрослого человека, толщиной, примерно, с моё предплечье… Не представляю, как такая гадина могла поместиться внутри бандитки. Тем временем, многоножка повернула ко мне свою безглазую голову и дважды щёлкнула челюстями. Кого, мол, кусать, хозяин.
– Расслабься, – посоветовал я скорей себе, чем своей питомице. – Слушай, а ты не можешь её сожрать?
Я ткнул мечом в сторону несостоявшейся мстительницы, но сколопендре до трупа и дела не было. Убедившись, что непосредственной угрозы поблизости нет, она подползла поближе к моей правой ноге и вновь подняла башку, то ли осматриваясь, то ли принюхиваясь. Большого труда мне стоило сдержаться и не разрубить гадину пополам. Инстинкт самосохранения отчаянно протестовал против такого соседства, хоть головой я и понимал, что бояться нечего. По истечение же тридцати секунд с момента своего рождения, сколопендра издала скрежещущий писк на грани слышимости, свернулась в уродливое кольцо и испустила дух. Да, так гораздо лучше. Я-то всерьёз рассматривал вариант, при котором тварь, в один прекрасный момент будет срываться с поводка и начинать охоту на всё, что движется, игнорируя авторитеты и звания. Интересно, а на мирного непися она кинется, или только на тех, кто будет непосредственно втянут в драку со мной? Лучше не проверять.
Обыскав воровку и не найдя, по большому счёту, ничего интересного, за исключением своих денег, я вышел со склада и отправился в лавку Джудит.
– Давно не виделись, – поприветствовала меня торговка. – Ты по делу или так, поболтать?
– И по делу, и поболтать, – я выложил на прилавок оружие Клары, парочку ненужных мне зелий, отмычки, которые проще было продать, чем тащить их в банковскую ячейку, и прочую ерунду. Единственное, что я оставил на теле воровки, это её одежду. Зрелище, которое откроется любому посетителю склада, и без того будет достаточно неприятным, чтоб усугублять его ради десятка монет. – У меня для тебя отличная новость.
– Звучит пугающе, – прищурилась девушка, передавая мне деньги. – Отличная, говоришь?
– Ну, это уж тебе судить. В общем, твой брат Филус жив, здоров и служит сейчас в ополчении Хадарта.
– Мне это нравится! – всплеснула руками Джудит. – Сперва проигрался в карты, потом, чтобы не платить, сбежал в армию, вроде как помер, свалив на меня свой должок в две с лишним тысячи, а теперь выходит, что он где-то там прохлаждается в кабаках?
– Не столько прохлаждается, сколько воюет с абомо.
– Как мило, что ты его выгораживаешь! Где это, интересно знать, вы успели снюхаться?
– В бостаньском ополчении, – охотно ответил я, всё ещё надеясь, на какую-нибудь награду. – Я ему жизнь спас. Собственно, потому он при встрече и попросил меня к тебе заглянуть.
– Ещё бы не попросил, – насмешливо улыбнулась торговка. – Кроме проблем и просьб от него ничего не дождёшься, уж я-то знаю. Готова спорить на эту лавку, что за его спасение ты получил только радостное «спасибо!».
– Не без этого. Но я, когда его прикрывал, на награду и не рассчитывал.
– Значит, и от меня ничего не получишь, – довольно кивнула Джудит. – Разве что… – она обогнула стойку с товарами и встала передо мной. – Передашь ему это!
Жалобно ойкнув, я прижал руки к паху, еле удерживаясь на подгибающихся коленях. С точки зрения системы, урон мне был нанесён мизерный, а вот с точки зрения пятнадцатипроцентных ощущений от попадания острой коленкой по…
– Ну знаешь, милая! – со стороны я себя не видел, но был убеждён, что лицо моё покраснело, как помидор. – Теперь ты и мне кое-что задолжала!
Схватив нахалку за плечи, я аккуратно, но жёстко прижал её грудью к прилавку, ставя в известную позу, дотянулся до лежавшей неподалёку пращи и от души хлестнул ей по упругой заднице. Девчонка, которая, кажется, отчего-то решила, что сумеет, если что, со мной сладить, яростно взвизгнула, но тут же закрыла рот, не желая ещё больше позориться. Я же не отказал себе в удовольствии огреть её ещё пару раз, после чего отбросил инструмент экзекуции и отпустил присмиревшую барышню. Та медленно, пугающе медленно, разогнулась и обратила ко мне застывшее ледяной маской лицо с мокрыми глазами.
