Продолжая движение, я окончательно закрутил пытавшегося развернуться ко мне ящера вокруг своей оси, а выскочившая следом за мной Кристина вонзила острие своего серпа в сгиб локтя той лапы, которой ящер только замахивался для второго удара. Последний штришок в виде ещё одного тычка в глотку, и монстр, выронив меч, начинает сползать по стене. Появившийся следом за нами Стас попытался как-то его удержать, но тщетно. Последовавший за падением одоспешенной твари грохот, эхом разнёсся по подземелью и заставил меня невольно втянуть голову в плечи. Кристина прошипела что-то явно матерное и замерла, прислушиваясь к доносящемуся, казалось, со всех сторон гулу.
– Вроде никого, – прошептал я, не до конца ещё веря нашему счастью. – Что это ещё за драконий домен?
– Откуда мне знать! – она неотрывно глядела туда, откуда явился ящер. – Вы ж сами сказали, что уже с ними сталкивались.
– У нас были полуголые дикари, – как всегда сжато и по делу начал излагать Стас. – Летающие разведчики и шаман. Тоже летающий. А этот вон весь в доспехах, да и меч у него стальной, а не бронзовый.
– Значит, вам повезло, – она, наконец, расслабилась, поняв, что наша маленькая диверсия осталась незамеченной. – У этих только горло с башкой открыты, верхняя часть спины, откуда крылья растут, и суставы. Разведчики голые, волшебники, вроде как, тоже…
– Волшебники – это вот такие вот летуны? – служитель провёл ладонью черту на уровне середины бедра.
– Точно. Ещё алхимики есть. Эти все в коже и швыряются банками с голубым огнём. У них обычно всякие золотые браслеты и перстеньки попадаются.
– Выглядят-то они как? – встрял я.
– Да как воины, – вздохнула девушка. – Больше я пока никого не видела. Нам туда.
– А там что? – я указал мечом в сторону, противоположную той, откуда пришёл рептилоид.
– Тупик, – нетерпеливо ответила Кристи. – Не парься, если оттуда до сих пор не вылез никто, значит, всё чисто.
– С твоего позволения, я всё же проверю, – заспорил я, убирая Месть в ножны и доставая отраву для искрящегося меча. – Нам только удара в спину не хватало для полного счастья.
– Поддерживаю, – Стас склонился над телом ящера, очевидно, раскрыв его, как контейнер. – Доспехи разве что на переплавку сгодятся, система их даже к броне не относит. Не наш размер.
– А что меч?
– Проходит по типу «двуручное», класс обычный. Тебе ведь двуручники не нужны?
– Да нет. А тебе он на кой? – удивился я.
– В городах пруд пруди коллекционеров самого разного толка, – здоровенный мечище, весом как минимум килограмма четыре, волшебным образом растворился в инвентаре служителя. – Кому-нибудь да сгодится.
– Скоро у нас целый мешок этих рельсов будет, если, наконец, с места сдвинетесь, – напомнила о себе Кристина.
– Одну минуточку, – я бесшумной тенью скользнул вправо по коридору, свернул за угол и вышел в небольшой зальчик, в стены и потолок которого были вмонтированы мерно гудящие механизмы. Вращались, цепляя друг друга, шестерни, двигались туда-сюда поршни, а несколько вентилей и расположенная в углу мозаичная приборная панель как бы намекали, что всем этим можно ещё и управлять. Полностью удовлетворённый этим зрелищем, я вернулся к ожидавшим меня друзьям и сходу поинтересовался:
– Что нас ждёт дальше?
– Поворот лестницы, ещё один поворот и лифт на второй ярус, – с готовностью отозвалась Кристи. – Ты пойдёшь впереди.
– Верно, а вы держитесь шагах в десяти, а то шумите, как бегемоты. Каких-то сюрпризов вроде призраков абомо в стенах, ловушек или зачарованных скелетов здесь нет?
– Я давно всё зачистила, – кажется, она смирилась с тем, что я никуда не пойду, пока не узнаю всё, что мне нужно.
– Отлично, – я быстрым, но тихим шагом добрался до первого поворота и заглянул за угол.
Никого, зато у самой каменной лестницы, подсвеченной сразу двумя кристаллами, имеет место быть ниша в стене, через которую проходит несколько толстых труб. Подойдя ближе, я убедился, что и они издают тихое гудение, и даже немного вибрируют. Не знаю, на чём все эти чудеса техники работают, на воде, пару, электричестве или волшебной энергии, поступающей от алтарей, но, если подобными механизмами пронизан весь комплекс, не удивительно, что нас никто не услышал.
