- Уловить то уловил, а вот как удержать такую сумасшедшую мысль, просто не знаю, - с растерянностью в голосе сказал Женька.
- Да уж, трудно во все эти фантастические предположения поверить. Почему-то только сегодня у меня появились такие мысли. Это всё ты виноват со своими расспросами о сверхсветовых скоростях, - шутливо упрекнул Женьку Кулаков, - да ещё странное падении валуна между скал, который, кстати, тоже ты сбросил.
- Вы уж извините меня, Генри, за доставленные хлопоты, - принял шутливый тон Кулакова Женька, - я не хотел вас напрягать, так уж получилось. Странная всё-таки штука – гравитация, уже с задумчивостью произнёс Женька.
- Не говори. Если глубоко задуматься, то мы всю жизнь боремся с этой гравитацией. Какую бы область человеческой деятельности ни взять, везде присутствует борьба. К примеру - строительство. Всё рассчитывается с учётом того, чтобы ничего не развалилось. То есть, рассчитывают вес, нагрузки на единицу площади и так далее. А спорт? Это же сплошная борьба с гравитацией! Лёгкая атлетика: прыжки, метания снарядов, бег. Про тяжёлую атлетику и говорить не стоит. Игровые виды спорта с мячом? Тоже сплошная борьба с гравитацией. Пнуть, бросить, толкнуть мяч по какой-то траектории, чтобы он под действием силы тяжести попал в нужное место. Единственное, может быть, исключение - это интеллектуальные игры в виде шахмат или шашек. Да и то - попробуй сыграть в невесомости обыкновенными шахматными фигурами. Хорошо, компьютеры изобрели и всевозможные игры к ним, в том числе и шахматы, а так, без гравитации, и в шахматы не сыграешь. Так что гравитация – неотделимая часть нашего мира, нашей Вселенной. Вполне закономерный вопрос - а почему бы «зелёному лучу» не являться какой-нибудь, ещё никому неизвестной, разновидностью гравитации? Я, почти, не сомневаюсь, что так оно и есть, - сказал Кулаков и опять задумался.
Он вспомнил про зелёные кристаллики, лежащие в сейфе его офиса, об их странных свойствах. Вслух о кристалликах рассуждать не стал, поскольку это являлось совершенно секретной информацией. В то же время он вспомнил, уже в свете новых мыслей о «зелёном луче», о странных свойствах кристалликов, одним из которых была способность экранировать земное тяготение, попросту говоря, «отключать» гравитацию! А невероятная твёрдость и прочность? Тоже может быть из-за мощнейшей гравитации на молекулярном уровне.
Ладно, решил Кулаков, обо всём этом, подумаю в своей лаборатории. Сейчас уже поздно, что-либо предпринимать. Осталось совсем немного до появления «зелёного луча», а специального, какого-то оборудования для исследований, в наличии нет. Следующего появления «зелёного луча» ждать ещё 8 лет. Вряд ли Кулаков через 8 лет будет так же активно заниматься проблемами «зелёного луча». Скорее всего, передаст все дела кому-нибудь из своего коллектива, может быть, той же самой, Элизабет. На передачу всех дел может уйти год, максимум два, не больше. Кулаков, если честно, уже устал мотаться по разным экспедициям. Он нисколько не сомневался в том, что этот раз, будет его последний выход к таинственным скалам. Также не сомневался и в том, что, на этот раз, вызволит Антона из каменного плена. Смысл последних сорока лет его жизни, похоже, осуществится сегодня ночью. А дальше, ему будет уже не важно, кто, где и когда будет подниматься к таинственным скалам. Всё, что он о них знает, постарается передать своему преемнику. Но, если это будет Элизабет? Ну и что? Она никогда не ходила к скалам, и вряд ли когда-то к ним поднимется. Осуществлять общее руководство, можно и сидя в лаборатории. А он, по мере возможности, будет ей помогать. Самое главное то, что он сегодня ночью обнимет Антона.
*****
В Буэнос-Айресе, Генка пересел на местные авиалинии. Небольшой самолёт ещё часов пять трясло над Атлантическим океаном, прежде чем он приземлился в небольшом, самом южном городке Аргентины и мира – Ушуая, в столице провинции Огненная земля. В аэропорту Генку, и ещё троих будущих Генкиных компаньонов по путешествию в ледяной пустыне Антарктиды, встречал руководитель предстоящей антарктической экспедиции. Небольшой микроавтобус, прямо из аэропорта, доставил участников экспедиции к трапу грузового судна. Генка, картограф, геолог и агент ФБР были последними, кого судно ждало, прежде чем отправиться к берегам Антарктиды. Буквально через несколько часов, после того, как вновь прибывшие разместились в отведённых для них каютах, судно взяло курс на Антарктиду.
