- Конечно, конечно, продолжаю. Семейное счастье родителей Энтони длилось недолго. Отец Энтони погиб в Корее, во время корейской компании. Он был воспитанник детского приюта, потому отследить его родословную, у меня времени не было. Энтони, целиком и полностью перешёл на попечение родителей матери, то есть дедушки и бабушки. А мать, примерно через год, после гибели мужа, вышла замуж второй раз и уехала в Лос-Анджелес, на западное побережье Штатов. Мальчик остался в Нью-Йорке, с бабушкой и дедушкой. Естественно, Энтони, практически, воспитывался в русской среде. С самого детства, прекрасно владел двумя языками. Когда Энтони исполнилось лет десять, пришло страшное известие, его мать, со вторым мужем, разбились насмерть, в автомобильной катастрофе. Бабушка с дедушкой сделали всё возможное, чтобы Энтони выучился и стал человеком. Он выучился, стал преподавателем русского и английского языка. Лет пять назад, похоронил деда, а ещё через пару лет и бабушку. Остался совсем один. Он не женат, не курит, алкоголем не увлекается, наркотиками не балуется. Вот, пожалуй, и все, о Энтони Декадер. Теперь ты должен иметь представление о том, с кем тебе придётся работать и дружить. Как видишь, он так же, как и ты, мало подходит на роль агента ЦРУ. Мне он, в своё время, очень понравился, а моё предложение, поправить своё материальное положение, принял не сразу. Однако уже второй год работает здесь, жалоб ни на него, ни от него, ещё не поступало. Ладно, теперь перейдём на бытовые проблемы. Для преподавательского состава, не имеющего в Читрале семей, при разведшколе существует, что-то наподобие общежития, гостиничного типа. Вместе с тобой и Энтони, теперь будет шесть человек. Нет, конечно, я тебя из своего дома не выгоняю, но для твоей же пользы лучше, если ты с Энтони будешь проводить больше времени. У каждого преподавателя своя отдельная комната, со всем необходимым набором мебели, вот только туалет и душ общий, один на этаж. Один раз в неделю, комнаты убирают и меняют постельное бельё. Трёхразовое питание в столовой разведшколы. Всё это, естественно, за счёт нашего заведения. Так, что ещё…? Соответствующую форму одежды тебе надо, это с комендантом решим, так же как и с жильём… - делая пометки в своём блокноте, рассуждал Рустам, - ещё на твоё имя надо открыть лицевой счёт, пока в местном банке, потом будет видно, это с финансовой частью решим. Вот ещё что, подпиши анкету для отдела кадров, я её уже заполнил от твоего имени, тебе осталось только подписать. И последнее, на, возьми свою новую биографию на двух языках, - Рустам протянул Генке несколько машинописных листов бумаги, - Ну, вот и всё. Если возникнут какие-то вопросы, будем решать в рабочем порядке. Сейчас я вызову коменданта, и мы решим жилищные проблемы и проблемы с одеждой, - Рустам поднял телефонную трубку и набрал номер.
Прошло несколько минут, и в кабинет Рустама постучали. На разрешение войти, вошёл пакистанец средних лет в военной форме. В каком он был чине, Кулаков разобрать не мог, поскольку ещё совершенно не разбирался в знаках отличия пакистанских военных. По всей видимости, это и был комендант разведшколы. Рустам на английском языке, стал давать коменданту какие-то распоряжения, изредка показывая рукой на Кулакова. Комендант, молча, слушал распоряжение и, когда Рустам закончил, коротко козырнул и вышел из кабинета.
- Сейчас пойдёшь с комендантом, он тебя ждёт в приёмной, получишь обмундирование, после чего он тебя проводит, и покажет твою комнату в общежитии. Ты пока устраивайся, а я через часок загляну к тебе и посмотрю, что за хоромы тебе определил комендант. Всё, давай иди! И ничего не бойся! – Рустам дружески похлопал по плечу Генку и вывел его из кабинета в приёмную.
Комендант жестом пригласил Кулакова следовать за собой, и они спустились в полуподвал, где находились складские помещения. Оглядев Генку с головы до ног, оценивая, какого размера нужна Генке одежда и обувь, комендант начал искать на полках подходящий комплект форменной одежды. Аккуратно упаковав два комплекта форменной одежды в полиэтиленовый пакет, и пару армейских ботинок, комендант достал какой-то журнал, сделал запись и показал пальцем Генке, в каком месте необходимо расписаться. После, опять так же молча, жестом пригласил следовать за собой. Они вышли наружу и направились вглубь двора, к дальнему строению.
