Но главное, что выводит из себя — это беспросветное уныние, которое просто разлито в воздухе. Кажется, оно настолько ощутимо, что его можно даже потрогать рукой… Я здесь всего третий день, а мне уже тяжело до того, что готова начать выламывать железные прутья, лишь бы вырваться отсюда на свежий воздух, подальше из этого каменного мешка. Да, Марида была права — тюрьма для эрбатов смерти подобна. Таким, как я, здесь, запертым среди каменных стен, не выжить. Мне уже начинает не хватать воздуха, кажется, что стены вот — вот рухнут на меня, и придавят своими серыми обломками… Безумно хочется на свежий воздух, под бездонное небо, к пьянящему ощущению свободы… То и дело накатывает беспричинная злость, которую пока удается гасить… Главное сейчас — никому не показать, как мне плохо. Стражники ж не дураки, и те из них, что в возрасте, могли в прошлом видеть, как ведут себя эрбаты в тюрьме… Сопоставить внешние признаки не сложно… Если, конечно, это кому-то из них придет в голову.
Народу в закутках хватает. В основном в каждом сидит по одному человеку, но в тех, что размерами побольше находятся и по два, и по три бедолаги вместе. За прошедшие три дня в тех закутках, где сидят не по одному человеку, уже несколько раз вспыхивали шумные ссоры, часто заканчивающиеся драками, причем стражники не всегда вмешивались в эти шумные разборки заключенных. Чем они руководствовались при выборе — вмешиваться в очередную свару, или пустить дело на самотек, я пока что не поняла… А уж запахи здесь — бр — р. — р! Понимаю, отчего стражники такие злые! Посиди здесь, пусть просто охраняя, и, даже если ты каждый день можешь выходить отсюда — все одно взвоешь! Я уже на третий день сидения в этом подвале была готова кидаться на решетку, лишь бы убраться из этого каменного мешка как можно дальше! Одно дело, когда эти застенки в разговоре упоминаешь, и совсем другое, когда сама в них оказываешься. Разница, скажем так, весьма заметна…
Да, верно сказал Вен: стоит только прикоснуться к делам сильных мира сего — и ты прилипаешь, как муха к паутине. Впрочем, меня о том предупреждали, и не раз. Ладно, посижу здесь несколько дней. Будем считать, что у меня такой своеобразный отдых. Правда, я бы вполне обошлась и без него… Очень надеюсь, что ничего особо страшного со мной не случится.
Сидя на узкой лежанке, гадала: сумел Дан вручить своей невесте приготовленное для нее платье, или нет? То, что попытался — в этом у меня сомнений нет, а как это дело дальше пошло?.. Не исключаю, что Дану удалось осуществить задуманное. Я тогда не сумела понять, которая же из двоих хорошеньких русоволосых девушек, стоящих за троном Правителя, и есть нареченная Дана… Обе девчушки были славные, внешне очень милые. Одна, правда, совсем молоденькая… Наверное, его невестой должна была стать та, что постарше, с длинными косами, перевитыми жемчужными нитями. В любом случае, она мне понравилась. Очень привлекательная девушка, лицом немного похожа на отца… И улыбка у нее хорошая… Думаю, Дану невеста тоже пришлась по сердцу. Не знаю, как они характерами сойдутся, но внешне девушка мне глянулась. И смотреться парочка будет замечательно, и детишки у них должны быть красивые…
Тьфу ты! — усмехнулась я про себя, рассуждаю, как свекровь, оценивающая предполагаемую невестку! А интересно, как с моей несостоявшейся свекровью поживает молодая жена Вольгастра? Сладилось у них, или деточка уже слезы лить начинает? Второе куда ближе… О, Пресветлые Небеса, какая чушь мне в голову лезет?! Что, думать больше не о чем?
Еще раз с тоской поглядела вокруг себя. Невесело… Да-а, вляпалась я по самые уши, если не глубже! Как в то болото, в котором мы с Маридой еще не так давно ползали… Того и гляди, что болотная жижа с головой накроет, только пузыри пойдут по поверхности… Не знаю, как она, а я, без сомнений, доползалась до о-о-очень больших неприятностей на свою многострадальную шею! Впрочем, тут все куда сложней… Еще раз перебрала в голове то, что произошло тогда, после того, как меня вывели из зала… Нет, я все сделала правильно, в тот момент нельзя было поступить иначе!..