Узнав о предстоящей экспедиции на Генеллан, Доворнобб постарался как можно больше узнать о третьей планете системы. Крионцы под патронажем Северной Имперской Гегемонии сохранили свое научно-исследовательское присутствие на Генеллане. Испытывая недостаток в фондах, они поставили перед собой цель хотя бы сохранить и защитить имперскую собственность от посягательств других, хотя никакая другая нация не только не имела сил для захвата, но даже не проявляла к этому интереса.
После назначения в экспедицию Доворнобб целых три месяца наслаждался жизнью — молодой ученый хорошо питался, что было немаловажно; ему не приходилось больше испытывать на себе мелкие придирки Директора Мота; он получил доступ к первоклассным компьютерам системы общественной безопасности и стал получать данные непосредственно с орбитальных телескопов.
Доворнобб огляделся. В кабине корабля, помимо него, было еще трое специалистов. Задачей этой научной группы, руководимой Эт Авианом, являлось выяснение всех обстоятельств, связанных с появлением пришельцев. Ученые X'Aape — знаменитый физик — и Мирртис — специалист в области металлургии — имели указание узнать все, что возможно, о технологиях и двигательных системах агрессоров, позволяющих им осуществлять межзвездные перелеты. Третий участник экспедиции — ученая-лингвист Катеос — значительно осложняла обстановку: женщинам незнатного происхождения заниматься общественной деятельностью и публичными выступлениями запрещалось, единственное исключение составляли медики, библиотекари и лингвисты в роли переводчиков. По традиции именно эти сферы отдавались женщинам.
Помимо этих, особо определенных обязанностей, от них требовалось немного: слушать и подчиняться. Доворнобб допускал и признавал некоторые отступления от общепринятых правил и условностей, но только в отношении хорошо знакомых женщин, когда твердо знал, что никто не пострадает. Эт Авиан настаивал на том, что различия по признаку пола нужно игнорировать, как это было принято у знати, и Доворнобб ничего не имел против, но остальные — особенно четверо солдат, обеспечивавших охрану группы, — придерживались традиционных взглядов. Перелет на Генеллан занял немало времени, и женщина, как это можно было предвидеть, не находилась в центре всеобщего внимания.
Путешествие началось с изматывающего перехода на орбитальную станцию планетарной обороны.
После двухдневного ожидания шаттл доставил их на орбиту третьей планеты. Полет проходил при постоянном ускорении, и лишь благодаря оптимальному расположению Генеллана, позволившему придерживаться прямой траектории, завершился относительно благополучно для всех исследователей. Оставив на орбите спускаемый модуль, шаттл забрал груз, заправился и стартовал в обратном направлении на Крион.
Спуск с орбиты на планету обошелся без сюрпризов. Модуль опустился на стационарную платформу; «болтанка», сопутствующая торможению, сменилась покоем и приятным ощущением низкой гравитации. Стихли двигатели — заработала система дегерметизации.
Глухой толчок засвидетельствовал подсоединение стыковочного комплекса, и вскоре в пассажирские каюты хлынуло тепло. Доворнобб с наслаждением вздохнул полной грудью. Пилот сделал знак выгружаться. Пока они проходили через телескопический шлюз, Доворнобб, не отрываясь, смотрел в окно — совсем другие растения! Как далеко видно! Он прищурил глаза, пытаясь рассмотреть отдаленные образы. Какой чистый воздух! Все, что он слышал об этой планете и чему не верил, подтвердилось. Казалось, что к глазам поднесли увеличительные стекла, — вот это да!
— Воздух невидим! — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Это потому, что там его почти нет, — ответил Эт Авиан. Гости припали к иллюминаторам, любуясь величественным пейзажем. Какие резкие и отчетливые краски: ярко-синее небо с разбросанными по нему светящимися облаками; зеленая трава, простирающаяся до остроконечных гор с одной стороны и до искрящегося под солнцем океана — с другой. Прозрачные купола преломляли свет и порождали призматические образы, медленно перемещающиеся вместе с солнцем и чуть быстрее — с положением наблюдателя.
— О, как прекрасно! — Катеос задохнулась от восторга и, тут же осознав свою ошибку, опустила голову — униженно и послушно.
Все обернулись и уставились на нее. Такой проступок невозможно простить: Мирртис побледнел и закашлялся, даже Доворнобб ужаснулся; стоявший рядом со злосчастной женщиной X'Aape быстренько отошел в сторону.
