- Родная моя... - Славен зашел в избу, сел рядом с женой, обнял, притянул к себе, но она глухо плакала у него на груди, не желая успокаиваться. - Сама подумай, до Цитадели путь неблизкий, кто за скотиной ходить будет? А так... хоть мясо. Сама ведь понимаешь, ни сёстры, ни мать с отцом своё подворье ни кинут ради нашего, да и страшно им здесь одним в лесу-то. Это уж мы привыкли... А корова, ну что - корова? Другую купим...
Он гладил её по волосам, убаюкивая, но Ясна внезапно вырвалась, оттолкнула мужа и в глазах полыхнул гнев:
- Зачем мы им нужны? Чего приехали они? Не говорят, не объясняют! Что нам в той Цитадели? Почему ты их слушаешься?! - она говорила, захлебываясь слезами, но в этот миг от двери донесся спокойный голос:
- Не серчай, хозяюшка, иначе нельзя. - Велеш вырос на пороге беззвучно. - Нынче у Курихи разорили такую же вот заимку. Всю семью разорвали. А в Цитадели вам будет защита, сорока, вон, прилетела оттуда - просит Глава охотников к себе, народ прибывает, кормиться как-то надо, да и тебе дело найдут.
Его слова не вполне убедили женщину, но рыдать и причитать она перестала. Славен посмотрел на обережника с благодарностью. Однако взгляд колдуна был пустым и остановившимся, будто всё сказанное он произнёс через силу.
...А теперь вот Ясна сидела в санях, рядом покачивались обёрнутые в холстину кабаньи туши, связки забитых, но неощипанных кур и короб, в котором изрубленная на куски лежала Ночка. И уже не верилось, что ещё вчера хозяйка доила её, угощая подсоленной горбушкой.
Под полозьями скрипел и скрипел рыхлый снег. Бежали мимо деревья, мелькали кусты.
Двоих обережников путники увидели выезжающими с большака: колдун и ратоборец в посеребрённых инеем полушубках.
- Наши, - сказал непонятно кому Елец и придержал своего жеребца.
Славен тоже натянул вожжи и лось остановился, подрагивая боками. Ясна испуганно посмотрела на незнакомцев. С недавних пор она вдруг стала бояться тех, кого раньше почитала, как защитников и кому верила безоглядно.
- Мира в пути, - сказал Велеш. - Эк, вы ловко обернулись, точно к условленному сроку.
- Мира, - ответил незнакомый Ясне вой. Голос у него был пересушенный, усталый. - Как сказали, так и приехали.
- Лесана?! - колдун произнёс это недоверчиво и радостно.
- Я, Велеш, - грустно улыбнулась та, к кому он обращался.
Они съехались, похлопали друг друга по плечам.
- Чего мрачная такая? - спрашивал наузник. - Случилось что?
Девушка помотала в ответ головой. Видно было - не хочет говорить.
- Тамир, - сторожевик повернулся к её спутнику: - Ишь, отощал как...
Незнакомый Ясне обережник в ответ лишь пожал плечами:
- Не поспеваю жиры копить... Этих, стало быть, в Цитадель-то? - он кивнул на сани.
Ясна растерянно поглядела на мужа, сидящего на облучке - лицо его было спокойно, словно ничего особенного не происходило, словно не о нём и жене сейчас говорили, как о скотине, которая ничего не слышит и не понимает.
Меж тем, колдун направил своего коня вперед, приблизился к Славену, наклонился и небрежно, не спрашивая позволения, отогнул ворот полушубка, протянул между пальцами шнурок висящего на шее оберега. Потом усмехнулся, выпрямился в седле и повернулся к Велешу:
- До Ирени вместе доедем?
- Вместе, - подал голос Елец, который со вчерашнего дня избегал глядеть Ясне в глаза, а отчего - она не могла понять. Стыдно ему, что с места их сорвал? Нет, не в том дело... Но какое-то неловкое отчуждение пролегло между двумя сторожевиками и обитателями лесной заимки. Будто рассорились из-за чего-то, а теперь всем стало совестно, потому и вести себя, как обычно, уже не получалось.
Хранители, да что же происходит?!
Но вот девушка, которую назвали Лесаной, тронула пятками лошадку и приблизилась к саням.
- Вы уж простите его, - кивнула она на своего спутника. - Тамир иной раз про вежество забывает. Это он по привычке оберег проверил, надежно ли заговорен. Все-таки, не у каждого ладанка должным образом начитана, а дорога дальняя. Меня Лесаной зовут.
- Ясна.
- Славен, - в голосе мужчины слышалась благодарность.
Обережница улыбнулась.
- Дозволь и твой посмотрю, - кивнула она женщине.
Та поспешно пошарила под одеждой и вытянула теплый от касания с телом оберег. Лесана скользнула по нему пальцами, грустно улыбнулась, посмотрела на Славена и сказала:
- Дельно.
Лицо мужчины на миг словно окаменело, но обережница тут же продолжила:
- До Ирени вместе доедем, ну и оттуда мы с вами в Цитадель подадимся, а Велеш с Ельцом обратно в город.
Осенённые двинулись вперед. Ясна, нет-нет, бросала удивленные взгляды, то на оружную девушку, одетую в мужское платье, то на её спутника, то на мужа, который был задумчив и молчалив.
