Мы оба с ним раненые душой. Просто по-разному.
Утром, чуть свет прыгаю за руль. Нужно было переждать утренние пробки, но терпение закончилось, и я стою их на трассе пока, наконец, не выезжаю из города.
Лечу по ровной дороге, слушаю музыку. Хочу поговорить с ним. Увидеть его. Не знаю, не могу без него. И не хочу без него. И знаю, что будет еще сложно — больно, страшно, что рядом с ним тихо не будет никогда. Но не могу я. Не могу и все.
Будем бить витрины.
Я улыбаюсь и вытираю соль с щек.
Будем их бить, если понадобится. К черту закон Мерфи. Бросим ему вызов!
Я приезжаю в отель к обеду, обнимаюсь со Светланой, Надей, Анатолием и новой девочкой, которую взяли горничной. Кира, малышка, так прыгает, что едва не сшибает меня с ног.
Адам уехал в город на сделку. Следов другой женщины в доме не обнаруживаю, хотя морально к этому была готова. Это воодушевляет.
Жду его, жду.
Потом не выдерживаю, звоню — абонент недоступен.
Спустя примерно час звонит Исса.
- Привет! - говорю я радостно. - К то это обо мне вспомнил?
- Ты где? - отвечает он так резко, что я мгновенно теряюсь.
- В отеле.
- В каком, блядь, отеле?
Эм.
- В «Заливе свободы». Что случилось?
- А, ты приехала. Как чувствовала, значит.
У меня от его тона волосы дыбом поднимаются.
- Савелий, чувствовала что?
- Что беда случится. Сделка у нотариуса прошла не по плану.
- А где Адам?
- Я сейчас приеду и расскажу все.
- Где Адам? Он в полиции? В больнице? Скажи где, я приеду. Просто скажи, где он, я приеду куда угодно. Ты так говоришь, у меня сердце болит.
- Я сам приеду. Это... личный разговор. - Он мешкает какое-то время, потом добавляет: - Я привезу успокоительные.
- Нет. Не может быть. Я не верю.
Разум отказывается принимать то, что Святоша сообщил с порога.
- Присядь.
Напротив, начинаю метаться по комнате.
- Сядь, - повторяет Савелий.
- Ты мне не указывай! - рявкаю в ответ. - Мне только он мог указывать! И только его одного я слушалась и буду слушаться дальше! Когда он вернется!
В ответ Савелий агрессивно хлопает дверцами кухонного шкафчика, достает стакан. Наливает воду. Трясет над ней бутыльком, пытаясь вытряхнуть капли какого-то лекарства. Не получается. Он снова трясет. Снова. Его нервные движения отдаются внутри болью. Святоша швыряет все это в мойку и бормочет:
- В пизду.
И тянется за водкой. Меня сковывает такой сильный ужас, что я слова не могу сказать.
- Ты молитвы свои знаешь. Давай, читай их, если правда веришь. Иначе зачем они нужны?
Исса опускается в кресло и трет лоб. Достает четки свои дурацкие, устало роняет их. Тянется, а потом, словно забив, так и оставляет их лежать на полу. Закуривает.
- Бред. Это не может быть он. Он не убиваемый.
Савелий смотрит в одну точку и проговаривает:
- Его одежда и его документы.
- Это не может быть он. Ты его точно видел? - Я не могу произнести слово «тело».
Святоша кивает.
- Ждем экспертизу. - Он достает мобильник из кармана и кладет на столик перед собой. - Без нее там... сложно понять.
- По отпечаткам пальцев?
- По снимку челюсти. Мы уже запросили карточку в стоматологии.
Я сажусь на пол и вцепляюсь в волосы. Бред-бред-бред.
- Как это случилось? Почему?
- Сделка была на полтора лярда, - повторяет он ту же самую фразу, с которой начал разговор, будто она все объясняет. - Администрация с банкиром мутили, Адам участвовал как гарант.
- Зачем им гарант? Я не понимаю.
- Все друг дружке немножко не доверяют, что ожидаемо, учитывая масштабы сделки. Деньги, рыба моя. Бешеные бабки. Все сомнительные события в этом мире, так или иначе, сводятся к бабкам. Нашу структуру раскрыли, Адаму предложили компромисс, нельзя было отказаться. По условиям соглашения, они закрывают глаза на наши операции, если он интегрируется в их систему. Вчера вечером Адам должен был передать оошку новому владельцу через нотариуса, приложив к этому две сумки наличных. И выйти из схемы. Вопрос на полчаса. Но что-то пошло не так. Версия полиции - налет.
- Ограбление? Серьезно? Просто тупой налет?!
- За налом. Ворвались типы в масках. Нотариуса ранили. Сумки забрали. И Адама. Утром его нашли. - Он отводит глаза.
- Бред. Я хочу его увидеть. - Хватаю сумку, готовая ехать. - Я не верю. Ты понимаешь, я бы почувствовала. - Меня начинает потряхивать из-за того, что Святоша не двигается. - Если бы ему было плохо, я уверена, что почувствовала бы. Это не он! Поехали! Поехали же! - я тяну его за руку.
Исса перехватывает мою руку и сильно сжимает.
- Успокойся. Ты его не узнаешь.
- Да пошел ты! - кричу я. - Пошел ты на хрен! Он же приезжал вчера, ты понимаешь? Он собирался отель второй доделывать, чтобы сеть была! Я его вчера этими руками трогала!
- Рада.
Я качаю головой и вырываюсь.
- Ты сам в это веришь? Веришь, что его нет?! Ты, блин, сам это осознаешь?
Его мобильник вибрирует.
Мы оба застываем, я хочу только одного — исчезнуть из этой реальности. Исса же спустя вдох берет себя в руки и отвечает на вызов.
Его лицо не выдает эмоций.
- Да, я понял, спасибо.
