Улыбаясь, она притянула к себе подушку, обнимая ее, и, вскочив, принялась с ней танцевать. Девушка беззаботно подпрыгивала, вспоминая слова няни, и как та ее отсчитывала, когда она очередной раз путалась и ставила ногу не куда надо. Много сил потратила старушка, прежде чем ее научить величаво и плавно двигаться, и уже точно не одобрила эти дикие подсоки, когда юбки задираются, выставляя ноги напоказ.
Она бы так и продолжала дальше беззаботно дурачиться, если бы ее внимание не привлекла деревянная дощечка, до краев заполненная воском. Остановившись, Светомира подбежала и взяла церы в руки. Побледнев, она осела на кровать, продолжая вглядываться в аккуратно выведенные буквы, которые складывались в ужасающую надпись: «Я вернусь, позови».
Укутавшись по самый нос в теплую шкуру, Светомира прислушивалась к поскрипыванию колес, и вглядывалась вдаль, где солнце уходило в сон. Розоватые, пурпурные и оранжевые облака, вызывали восторг, дарили надежду на лучшее, и располагали думать о хорошем и светлом будущем. Да и в голове никто у нее больше не копался, не чувствовала она чужого присутствия, а надпись та, может и не к ней относилась. Вон тот же Светозар полюбился с девицей какой, а она захотела ему весточку передать, а прислуга попутала комнаты. Ведь в ту ночь он сидел у ее кровати.
Девушка бросила взгляд на спину чужака, отметив, что она слишком уж мощная, массивная и широкая. Рядом с ним даже находиться было страшно, слишком уж хрупкой она ощущала себя подле него. А его внезапные перемены настроения пугали с каждым разом все сильнее. Если раньше, она понимала, что ей достаточно молчать, чтобы не гневить его, то сейчас он, то становился заботливым, обещал одарить подарками, даже как-то молвился о том, что беспокоится о ней, то отстранялся, становился замкнутым и хмуро поглядывал на нее.
Вот и сейчас за все время, что они находились в пути, он не обмолвился с ней ни словом. А ей так хотелось еще раз спросить его, удостовериться, что не позабыл и не соврал, что помнит о своем обещании отпустить ее на свободу.
Когда уже было темно, позади них раздался волчий вой. Голодный, озлобленный, пробирающий до самых костей. Кожа покрылась мурашками, холодный озноб пробежался по позвоночнику.
— Больше огня, ближе друг к другу! Зверь не подойдет.
Светомира с головой спряталась под шкуру, подтянув ноги к груди, и принялась молиться всем богам, которых только знала. Она коротко взвизгнула, когда ее мнимое укрытие резко откинули назад, а на ее лицо направили горящий факел.
— Пойдем со мной, — сказал Светозар, протяну ей руку.
Неспокойно ему было, неладное еще он приметил, когда на высоком выступе увидел большого волка, который даже не пытался спрятаться и скрыться от человека. А то, как зверь проводил их внимательны взглядом, повернув огромную морду, и вовсе заставило его в сказки об оборотнях припомнить. Именно поэтому он решил поспешить и добраться засветло до поселения, граничившего с его землями, вместо того, чтобы отдохнуть и разбивать лагерь под звездным небом, как предыдущие ночи. Его плану помешали поваленные деревья, которые они разбирали добрых полдня. Неспроста зверь появился, никак за девчонкой пришел.
Мужчина внимательно всматривался в ночную темноту, спрятав за своей спиной девушку. Другие воины с недоумением переглядывались, но, последовав его примеру, мечи все же обнажили. А как подле них раздался приглушенный рык, и вовсе стали напряженными.
— Звери же боятся огня? — спросила Светомира, вцепившись пальцами в теплую накидку чужака.
— Сдается это необычное зверье, позади меня держись, и факел возьми. По ерунде не визжи, не отвлекай, как что-то увидишь, скажи только, — ответил ей Светозар.
Первого волка он увидел, когда тот медленно обходил их, опасливо скалясь на огонь, по самой кромке света. Его пасть, с капающими слюнями, изредка появлялась в полоске света, когда кто-то из воинов выставлял руку вперед, чтобы испугать зверя. Тот отпрыгивал и тут же продолжал свой путь. Шерсть на нем висела клочками, от сезонной линьки, огромные клыки, находились в постоянном оскале, а глаза горели страшным огнем, в котором стояла сама смерть.
Весь отряд не сводил глаз со страшного хищника, пока то тут, то там не стали появляться точно такие же вышагивающие волчьи собратья.
Окружив их в плотное кольцо, стая замерла в ожидании, остро реагируя на каждое движение.
— Надо бы двигаться, вечно так сидеть не будем, — крикнул Светозар, и тут же со всех сторон раздался вселяющий ужас рык, смазывая последние слова.
Светомиру трясло, одно дело видеть убитых волков, и поглаживать рукой их шкуру и весело смеяться, от рассказа няни, что они, услышав вой, бежали со всех ног, позабыв корзинки с уже набранной доверху ягодой, и совсем другое, видеть зверя вблизи. Да такой огромный он был, его мускулистое, упитанное тело было готово в любой момент сорваться с места и напасть, а вытянутая, широкая морда, с высоко поставленными ушами и приоткрытой пастью, словно ожидала, когда погаснет огонь, чтобы разорвать свою добычу на куски.
