Я касалась обложки альбома, но не решалась открыть его. Заходя в кабинет, я была уверена в желании докопаться до сути, увидеть погибшую жену Захара, теперь же меня обуял неясный страх. И всё-таки я открыла альбом. На первых фотографиях был только Захар. Он и словно бы не он: волосы длиннее, улыбка, пожалуй, ещё наглее, чем теперь. Одетый в чёрную кожаную куртку, он стоял, привалившись к байку, рядом с ним ещё двое мужчин. Перевернула страницу и… Я сразу же поняла, что это она.
Сколько лет этой фотографии? На губах Захара всё та же наглая улыбка, и волосы у него такие же, как и на прошлых снимках, только рядом девушка. Захар приобнимал её за талию, а она смотрела прямо в камеру.
После всего услышанного, я думала, что мы с ней похожи, как две капли воды. Но нет. Нечто неуловимое в чертах лица, цвет волос, глаз, рост: вот, пожалуй, и всё.
Как под гипнозом, я вытащила снимок.
— Разве мы с тобой похожи? — спросила тихо и качнула головой. — Чем?
Сколько ни вглядывалась, понять так и не смогла. Вернула фотографию на место.
С каждой перевёрнутой страницей Захар становился старше, а их совместных фотографий с женой меньше. Снимков с мужчинами в кожаных куртках под конец тоже не осталось. На последней фотографии жена Захара была одна. Она сидела в саду на скамейке и, задумчиво смотря в сторону, держала в руках розу. В длинном, до щиколоток тёмном сарафане, с безучастным выражением лица, она была похожа на восковую фигуру. Что-то смутило меня, но что именно, я поняла только присмотревшись. Животик. Совсем ещё небольшой, и всё же заметный в профиль.
Зашумел ветер, окно вдруг хлопнуло. Настолько громко, что я вздрогнула. Показалось, что кто-то смотрит на меня, и я развернулась к двери. Она была приоткрыта. Подошла и раскрыла шире, но за ней никого не оказалось.
— Это просто сквозняк, — сказала тихо, пытаясь отогнать сомнения. — Сквозняк.
Прижала платье, которое всё ещё держала в руках. Сзади опять хлопнуло окно, ветер прошёлся по ногам. Сквозняк. Причём не только в комнате, но и у меня внутри.
***
Утро выдалось на редкость блёклое. За несколько часов, что я провела в зыбкой дрёме, выспаться не вышло. Меня так и преследовал образ девушки в длинном тёмном сарафане. Юра ни словом не обмолвился, что она была беременна. Хотя, о чём я? Если бы я не спросила его про аварию, он не рассказал бы и про это.
Когда я спустилась к завтраку, Захар уже допивал кофе.
Посмотрела на время: я ничего не перепутала.
— Позавтракаешь без меня, — прекратил он мои сомнения. — Я сегодня занят.
Я заметила висящий на спинке соседнего стула пиджак.
— Снова уезжаешь?
— Да.
Он поднялся из-за стола. От того, как Захар посмотрел на меня, стало жарко. Я инстинктивно сделала шаг назад, и его губы изогнулись. Нагло, не как на последних фотографиях в альбоме, а почти как на той, где он был в кожаной куртке.
— Вернусь завтра, — сказал он, взяв пиджак. — Алёна принесёт тебе новое платье. Мне нравится снимать их с тебя.
Задняя дверь была раскрыта, но он предпочёл ту, возле которой всё ещё стояла я. Подошёл и коснулся моей шеи, потом обхватил ладонью затылок и сжал.
— Ты удовлетворила своё любопытство? — спросил, глядя в глаза.
— Это не любопытство.
— Да? А что же?
— Я просто хотела знать, роль кого играю.
— Разве это не любопытство?
Он снисходительно усмехнулся. Отпустил мои волосы, но не просто убрал руку — коснулся шеи, голой кожи, задержал взгляд на губах. Но ничего не сделал — обошёл меня и скрылся в холле.
На столе осталась пустая чашка, на губах — касание взгляда, а вокруг — недосказанность. Он хочет меня. Он хочет ребёнка взамен того, что должен был родиться. Чего он ещё хочет?!
***
Вымыв чашку, поставила её сушиться. Мысли о Захаре не оставляли ни на секунду. Почему он выбрал меня? Таких, как я, тысячи. Средний рост, тёмные волосы, серые глаза. Единственное, чем я отличаюсь — я — жена Юры, а Захар считает, что Юра должен ему.
Заметила движение возле двери заднего входа и, повернувшись, увидела садовника.
Он стоял в тени возле косяка. Понял, что я его заметила.
— Пора, — сказал он, пальцем показал в сторону сада, а сам тут же исчез.
Руки задрожали, и я выронила только что взятое блюдце обратно в раковину. Пора.
Мы снова шли через сад. Я обернулась и в последний раз посмотрела на виднеющийся между деревьев дом и вдруг засомневалась. Всего на секунду мне захотелось вернуться, и это напугало до ужаса.
Да ни за что я не останусь пленницей Захара!
— Поторопитесь, сеньора. Времени мало.
— Да, я… — качнула головой и пошла быстрее.
Старик прищурил тёмные глаза, но ничего не сказал.
Мы дошли до изгороди, и садовник подал мне руку.
— Как вас зовут? — спросила, спохватившись, что не знаю его имени.
— Это не важно. Давайте, сеньора, идите уже к мужу. И будьте счастливы.
— Спасибо, — дала ему ладонь, и он помог мне забраться на парапет. Раздвинул розы, и я оказалась по другую сторону. Адреналин зашкаливал, то, что я делала, самой казалось безумием.
— Вика, — позвал меня Юра.
Он стоял у стены в тени.
