Кайса была гордой правительницей процветающей южной страны. Но преданная самыми близкими людьми, оказалась в плену северян. Нел из Дома Горнов не может простить девушке, что она когда-то отказалась выходить за него замуж и прилюдно унизила. Он намерен поквитаться с надменной южанкой.
Три года назад
— Вы на полном серьезе ждете, что я приму предложение руки и сердца от каких-то северян? Я, королева Айсиниды? Ты смеешься надо мной, грязный дикарь?
Знойная красотка громко рассмеялась, заставив Нела стиснуть зубы. За последние пару часов делать ему это приходилось много раз. Даже в бою Нел никогда не ощущал ярости, подобной той, что сейчас клокотала в его груди. Молодой мужчина опустил взгляд в пол, сделал несколько глубоких вдохов и снова поднял глаза на ту, что одними лишь словами оставляла раны на его груди.
Слухи не были преувеличением — девушка действительно обладала очень яркой внешностью: темно-карие глаза, брови вразлет и точеные скулы. Ее длинные волосы свободно падали на плечи, иногда она откидывала их себе на спину небрежным жестом, заставляя серебряные браслеты на запястьях тоненько звенеть.
Первые смешки за своей спиной Нел услышал еще когда глупо пялился на ее полные сочные губы во время представления. Тогда он не придал им особого значения. Женщина что-то говорила, но он был слишком очарован ее соблазнительным ртом, чтобы вовремя дать отпор. Теперь каждый в переполненном зале смотрел на него, и в этих насмешливых взглядах не было ни толики уважения, к которому молодой воин привык.
Они с Вигге много слышали о Кайсе Аразонской, правительнице Айсиниды. Заезжие торговцы утверждали, что женщина обладает не только исключительной внешностью, но и талантами воина. Умна, быстра и беспощадна в бою. Слухи об этой женщине передавались из уст в уста, обрастая самыми невероятными подробностями.
О чем Нела из Дома Горнов не предупредили, так это о том, что Кайса Аразонская считает себя лучше других людей. Когда он очнулся от созерцания ее ладной фигуры, девушка уже вовсю упражнялась в остроумии. Весь вечер она отпускала ядовитые комментарии то по поводу внешности Нела, то его немногословности.
— Что собой символизирует ваша косичка, господин Горн? За нее ваши женщины держатся, когда сношают вас?
— Вы так много молчите, господин Нел. В вашем алфавите недостаточно букв для нормального человеческого общения? Промычите же нам что-нибудь, ну!
Ее придворные весело хохотали над злыми шутками, а теперь она решила унизить его, прилюдно отвергнув предложение. Насколько Нелу было известно, в Айсиниде так никто не делал. Если семья девушки была согласна принять предложение, то она могла заявить об этом во всеуслышание. В противном случае с просителем встречались на следующий день, в приватной обстановке, и дарили ценный подарок, выказывая таким образом уважение и принося извинения за отказ.
Нел не понимал, чем заслужил подобное обращение. Кайса Аразонская вела себя так, словно он успел нанести ей смертельное оскорбление. Но он точно знал, что не делал ничего подобного, а значит, все дело в скверном характере. Нел склонил голову, едва сдерживаясь, чтобы не провести рукой по обритым вискам. Южная стерва наверняка заметит и прокомментирует такой нервный жест.
— Опять молчите, господин Горн? Тогда говорить буду я. Вы мне глубоко противны. Вы носите шкуры животных и ведете себя как животные, живете в домах без окон. Вы — окраина цивилизации. Знайте же — ни одно северное отродье не коснется моей южной кожи.
Мысленно Нел придумал десятки ответов для зарвавшейся королевы, но все они остались лишь в его голове. Воин осознавал, что девчонка выдаст новую уничижительную тираду на любое его слово, поэтому продолжал упрямо молчать, стискивая зубы. Он так и не понял причин ее злости, не знал, чем заслужил, чтобы в его адрес выплеснули столько яда. Нел внимательно посмотрел на Кайсу Аразонскую, запоминая каждую красивую и надменную черту ее лица. Та в свою очередь не сводила с него взгляда, наполненного брезгливым отвращением и яростью.
До самого выхода из светлой просторной залы он чувствовал спиной ее насмешливый взгляд. Сучка еще не знает, что подписала себе приговор. Нел поклялся перед богами, что не просто коснется южной кожи Кайсы Аразонской. Она не захотела стать его женой. Так пусть будет его шлюхой.
Кайса отрешенно следила за лучом света, который настойчиво пробивался через плотную занавеску, рисовал узкую дорожку на полу, а потом нырял за колонну. Сегодня ей так не хотелось быть в этом зале. Кайса чувствовала себя маленькой девочкой, которой хочется сбежать от родителей и спрятаться на весь день где-нибудь в прохладе озера. Как жаль, что ее родители давно мертвы, а на ее плечах лежит такой груз ответственности, что ни о каком отдыхе не может быть и речи.
Девушка встряхнула головой и, с трудом оторвав взгляд от солнечного луча, перевела его на собравшихся.
— Госпожа, северяне подобрались совсем близко, еще немного и они перейдут границу Айсиниды, — глава Совета Эссен Арторий склонил голову.
